История Любы, лишившейся на фронте обеих рук
Память Солдаты Победы

    Мы так далеко отстоим от той войны (хронологически и местами — сердцем), что для неживших тогда всё случившееся, несмотря на стрекот рваной ленты чёрно-белой хроники, — лишь легенды.

    Сколько мы слышали таких историй, как эта, и стали нечувствительными к масштабу подвига, что совершили ушедшие на фронты Великой Отечественной.

    Украинский фронт. Танков наступало четыре. Первые два подбили, третий стал отходить, но четвёртый прорывался к нашим окопам. Двадцать метров — и раздавит всех, немец идёт неуязвимый под русским огнём. Рядом с нашим обречённым стрелковым отделением залегла бригада чехов. И один из них видит, как из соседнего окопа выползает худенький лейтенантик и на животе быстро двигается в сторону «Тигра», бросает под него связку гранат — и вспыхивает вместе с танком.

    Наступление идёт вперёд. А позже выжившие собирают с поля раненых. И чех Петр Герц (так его звали) видит, как шевелится рядом с остовом «Тигра» засыпанный землёй лейтенант, подорвавший танк. У него оторвана одна рука, вторая болтается на сухожилии, лицо в крови, и оно — девичье. Это Люба Валиева, командир стрелкового взвода, 23 года.

    История солдата Валиевой, уже ставшей землёй, на которой мы живём, — одна из многих и многих. Но ещё можно попытаться собрать кадры в ленту, услышать её голос, в котором первозданной сутью звучит замусоленная десятилетиями истина, которую мы снова пробуем на зуб: чтобы больше никогда.

    * * *


    Уже после войны Любовь И­осифовна приехала на Днепр, в те места, где её часть форсировала реку, где она взрывала тот танк. Разделась, зашла в воду, стремительно поплыла на спине. Пляж привстал со своих полотенец. Форсировала, доплыла обратно, медленно стала выходить на берег. Ещё молодая, обтекаемая каплями, гордая, безрукая. «Венера, Венера Милосская…» — заговорил пляж. Такая она была одна. А в остальном как все: хрестоматийная героиня, поколение 1921 года рождения. Колоски, спрятанные в печь, голодуха и семеро по лавкам в детстве. В юности, в 20 лет, — в очередь в военкомат: упросила записать добровольцем. Мама уезжала в эвакуацию, Люба шла на войну: вокзал, последнее объятие под пронзительный гудок паровоза.

    На фронте Люба контужена, теряет слух и речь (потом восстанавливала их), ранена в руку. Между боями пишет заявление в партию. Заканчивает курсы усовершенствования командного состава. Влюбляется в однополчанина, приказом по части регистрируется брак двух лейтенантов. Люба кажется собирательным образом, лавина которых в майские дни обрушится на нас со всех экранов: пилотка набок, гладкие волосы убраны назад, «Ни шагу назад!», фронтовые сто грамм, «За родину, за Сталина!». И только Люба могла бы рассказать, как тосковала по маме ночами, укрываясь шинелью в землянке. Как зацеловывала лицо мужа в минуты затишья, оттирая с него следы пороха. Как обнимала — крепко, обеими ещё руками. Как ненавидела, как боялась, как хотела жить.

    * * *


    После ампутации второй руки (Люба «ассистировала» хирургу при операции, а потом провалилась в болевой шок) Любина история переламывается. «Лучше бы я умерла в том бою». Обе руки ныли, хотя одна осталась у танка, а вторая — в тазу на полу полевого госпиталя. Фантомные боли, от которых выло потом полстраны. Сутками ни с кем не разговаривала, только переворачивалась с боку на бок. Муж исчез. В голове потихоньку шевелился осколок. В Советском Союзе, как извест­но, не было инвалидов — они просто исчезали с радаров, с глаз радовавшегося победе народа. И Люба исчезла бы. Спилась, жила бы на вокзалах и выселках. Нет таких героев у Советской страны. Но в госпиталь приехал ансамбль украинской песни, и Люба рывком присела на койке, когда услышала любимую с детства «Реве та стогне Днiпр широкий». Вспомнила всех, кто навсегда остался там, у Днепра, и сейчас не слышит этой песни. И решила не исчезать.

    Она не была инвалидом — у неё просто не было рук. На Белорусском кричат поезда, плачут мужчины, людское море тонет в цветах и нежных берёзовых ветках — мама встречала свою девочку. Обняла её торс — оказалось, Люба в обхвате теперь, как в детстве, снова такая же маленькая.


    Орден Отечественной войны I степени, одиночество и шевелящийся в голове осколок. Затылок ноет к дождю, воспоминания не дают спать — Люба переворачивается на другой бок, подпихивает ногами одеяло. Минутами ей кажется, что это шинель. Жизнь испытывает на прочность, подсовывая элементарные задачи: как расчесать волосы, больше не собранные в тугой пучок, как застегнуть блузку, чтобы пойти на работу (Люба закончила иняз, работает в бюро переводов), как перевернуть страницу… «Лучше бы я тогда умерла».

    Люба удочеряет девочку — спасти человека и спастись самой. Снова выходит замуж. Через 5 лет муж умирает, Люба опять одна, дочка выросла. Уже семидесятые. Первая седина. Недремлющий осколок, вечная головная боль. И снова и снова война, форсирование Днепра, чёртов танк. Память, которая наваливается — как будто душат подушкой — на неё каждую ночь. Поколение 1921 года рождения, страна, живущая с невыговоренной травмой, незалеченной раной, — страна, которая уже скоро сможет одну половину истории забыть, другую переиначить, а оставшееся упаковать в глянцевые обложки и снова ничего не бояться.

    Любу тянет на место случившегося. Она возвращается к Днепру, форсирует мирные воды. Хочет узнать имя человека, вытащившего её с поля боя. Чувствует, как медленно движется к намеченной цели не спящий в её голове осколок. Майор в отставке Петр Герц живёт в городке Фридек-Мистек и узнаёт себя в объявлении в газете: «Ищу своего спасителя». Герц приглашает Любу в Чехословакию, и эта поездка становится звёздным часом советской Венеры Милосской. Она — бессонная ночь в поезде, привычно болтаются пустые рукава, болит голова, завит перманент, стучит сердце — сходит со ступенек вагона на железнодорожном вокзале Праги. И толпа выносит её на руках. Полные залы, овации, путешествие по всей стране.

    Любе будет отпущено ещё 7 лет. И все эти годы она будет жить воспоминаниями о том, как её несли на руках, и спать спокойнее. Каждый раз 9 Мая у неё собирается большая семья, и под аккордеон поют русские и украинские песни. А в 1981-м осколок достигает места своего назначения…

    История лейтенанта Валиевой, хроника её подвига и искалеченной судьбы кажется нам знакомой — кто-то «проходил войну» в школе, кто-то успевает в мае зацепить какие-то отголоски истории страны. Но на самом деле подлинная жизнь Любы Валиевой, как и остальных миллионов солдат, ценна своей неповторимостью, к которой мы можем только попробовать приблизиться. Хочется думать, именно это Люба сказала бы нам сегодняшним, для которых война — это кино и танки на параде 9 Мая. Если бы её голос мог быть слышен из-под земли. Когда люди сливаются в народ и неповторимое перестают замечать, всё рискует начинаться снова.

    Полина Иванушкина,
    Михаил Марчук
    Источник: aif.ru



    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире
    • Добавить на Яндекс

    • 0
    • 12 мая 2018, 08:07
    • simca

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2018