Майор в отставке монахиня Адриана
Люди и судьбы

    В Москве, в ночь на 4 февраля, на 91-м году скончалась монахиня Адриана (Малышева).

    Судьбы брата Ленина Дмитрия Ульянова, маршала Рокоссовского, конструктора Королева, Патриарха Алексия II, космонавта Гагарина, летчика Пауэрса и кандидата в президенты США Маккейна непостижимо пересеклись с жизнью русской монахини.

    Если в двух словах, то она прошла разведчицей всю войну, после войны закончила МАИ и работала инженером-конструктором у С.П.Королева. На пенсию ушла только чтобы работа не мешала ей отдавать все силы возрождавшемуся Пюхтицкому подворью. Если опять же в двух словах, то вся жизнь ее прошла в эпицентре самой активной деятельности.

    Больше года назад, перенеся тяжелый перелом ноги, она практически была заперта в своей келье и полностью зависима от других – не всегда внимательных, заботливых и пунктуальных. Что не мешало ей шутить, напевать песни и заставлять вспоминать имена из «Героя нашего времени» ее любимого М. Лермонтова.

    Ее высоко ценили маршал К. Рокоссовский, авиаконструктор С.Королев, ее портрет писал художник А. Шилов.

    Отпевание будет совершено на подворье Пюхтицкого монастыря в храме свт. Николая в Звонарях 6 февраля в 11.00.

    * * *


    Наташа Малышева родилась в 1921 году в Крыму, где ее отец, Владимир Петрович, служил земским врачом. Москвичкой стала по стечению обстоятельств. У папы был друг — врач Дмитрий Ильич Ульянов. Брат Ульянова-Ленина. В год, когда родилась Наташа, Дмитрий Ульянов переехал в Москву. Сначала работал в Наркомздраве, затем — в кремлевской поликлинике, заведовал медсанчастью при Институте красной профессуры.

    Через несколько лет он пригласил в столицу и друга.

    — Дмитрий Ильич маме говорил: «Нина Николаевна, на таких, как вы, мир держится», — вспоминала Наталия Владимировна. — Милый, простой человек. Бывал у нас дома, видел все наши иконы — мама была религиозна. И никогда никаких разговоров ни о мировой революции, ни о брате.

    В душе маленькой Наташи уживались и религиозность, и воинственность. В детстве часто ходила с мамой в храм — в Страстной девичий монастырь у Тверских ворот. В конце 1920-х он был превращен в музей Союза безбожников, а в 1937-м снесен. Сегодня на этом месте — кинотеатр «Россия».

    А еще она готовилась к военной стезе: стреляла, занималась плаванием и гимнастикой, бегала на лыжах. Увлекалась конным спортом, у нее был кумир: кавалерист-девица Надежда Дурова, первая в русской армии женщина-офицер.

    — Очень хотела ей подражать, — вспоминала Наталия Владимировна. — На лошади научилась ездить и вообще готовила себя к одной профессии: защитницы Родины.

    Окончила курсы медсестер, сдала нормы ГТО. Но, как и для всех подростков своего времени, заветной мечтой была все-таки не кавалерия, а небо. А в аэроклуб не приняли, на медкомиссии сказали, что есть проблемы с левым глазом. Объявили: летчицей тебе не быть, но зато можно парашютисткой.

    И она прыгнула с парашютом. Но лишь один раз.

    — Ужас! Не понравилось. И решила с друзьями пойти в бронетанковую академию.

    В танкисты ее тоже не взяли: в танковых войсках — никаких девчонок. Рассердилась. И пошла в авиационный. Ну если не летать на самолетах, то по крайней мере создавать их.

    В тылу врага


    — Матушка, а вы помните первый день войны?

    — Да как сейчас помню: воскресенье, из уличного рупора — он нам чуть ли не в окно кричал — война! Мама позеленела, а я… Странно это звучит, но я ведь, можно сказать, обрадовалась. Я так рассуждала: Гитлер Европу захватил и с немцами все равно воевать. Но мы же не можем напасть, СССР миролюбивая страна.

    — Страха совсем не было?

    — Ну почему — был. Я очень боялась, что война быстро закончится и не успею повоевать. Был опыт: когда началась финская кампания, я попыталась уйти в армию, показывала в военкомате корочки медсестры. А мне говорят: обойдемся без тебя, учись пока.

    С началом Великой Отечественной с друзьями бегала по военным академиям — хотели перевестись туда. Но только одному из нашей компании это удалось, да и то потому, что у него отец был командиром Красной армии. Меня не взяли из-за того, что девчонка. Я страшно оскорбилась: что же это такое, второй раз не берут на войну!

    Ну, раз так, думаю, пойду добровольцем. А в военкомате опять отказали, сказали — учись. Правда, к октябрю, когда немец подошел близко к Москве, в райкоме комсомола на меня посмотрели как-то по-чудному, но дали направление в одну из дивизий народного ополчения.

    — А что значит: по-чудному?

    — Да в городе было плохо, света не было, из окон учреждений летели документы, машины по Москве ехали в основном на восток. Да и у меня уже энтузиазма поубавилось. Но все-таки решила: не поеду в эвакуацию, буду защищать Москву. Понимаю: сейчас в подобное с трудом верится, но такое было время. И мы были именно такими.

    — А репрессии, страх?

    — Знаете, я ведь до сих пор себя спрашиваю: ну как такое было возможно? Столько репрессированных, столько разрушенных церквей. И тем не менее моя дивизия ополчения — это 11 тысяч добровольцев, которые никак не подлежали призыву. За неделю сформировали! У нас были дети и репрессированных, и священников, которые тоже страдали. Я лично двоих знала, у кого отцов расстреляли. Но никто не таил злобы. И вот эти люди поднялись над своими обидами, все бросили и пошли защищать Москву, многих из которых она обижала.

    И в тылу было несладко: заводы перемещали, 12-часовой рабочий день, без выходных! Я никогда не была поклонницей советской власти, в партию не вступала. И ведь могла уехать в эвакуацию с институтом в Алма-Ату: там солнышко, фрукты. Но как уехать, когда понимаешь: а здесь, по улицам Москвы, немцы будут ходить?!

    Думаю, не закончу жизнь благополучно, если не объясню тот наш порыв. Народ сам поднялся, о себе не думали, и все знали, на что идем.

    — А как в разведке оказались?

    — Просилась в медсестры, но взяли в дивизионную разведку. Нашей разведротой командовал человек-легенда Николай Михайлович Берендеев. Героя Советского Союза он получил еще на финской. Я им подходила. Все наши были вооружены старыми трехлинейками, с ними еще в Первую мировую воевали. А мне одной из немногих выдали самозарядную винтовку — СВТ. Знали, что я хорошо стреляю.

    Еще немецкий хорошо знала. Когда на допросах пленных работала переводчицей, некоторые немцы даже принимали за свою.

    — Что — и без акцента?

    — Был небольшой акцент — Верхняя Силезия. Это от отца, он хорошо знал язык. Бабушка по отцовской линии — петровская немка. А еще в школе учительница немецкого меня выделяла, отдельно со мной занималась.

    — О вас говорят: 18 раз в тылу врага, задания получала от Рокоссовского. На ваших глазах дрались 28 панфиловцев, а однажды одна вынесла раненого разведчика.

    — Наши разведгруппы ходили к немцам в тыл на том участке фронта, где дрались панфиловцы. Они действительно совершили подвиг, но ошибкой было писать о 28 бойцах. Геройски сражалась все дивизия.

    Тогда же, во время битвы за Москву, и произошел случай с раненым. Вечером двое наших ушли в разведку. Мы остались на подстраховке: если что — прикрыть огнем. Долго ждали. Вернулся лишь один, его ранило легко. Принес важные данные о том, что немцы там накапливают силы. И рассказал, что его напарника ранили в бедро, он не мог идти. Пока наши решали, что делать, я за вторым отправилась.

    Нашла по следам. Разведчика звали Юра Смирнов, он так обрадовался, думал, за ним не вернутся. Рана тяжелая, жгутом перетянула, перевязала. Что делать? Идти-то он не может. Ну я свой ремень зацепила за его ремень, потащила. Он руками помогал мне ползти. И тут случилось чудо: пошел снег, я такого ни до, ни после не видела. Слава тебе, Господи! Сползли по склону к реке, как-то проскользнули мимо немцев. Мне его было по склону вверх не поднять, но тут наши подоспели, вытащили. Это было 19 декабря 1941 года.

    Разведчица Наталия Владимировна Малышева. На фото с самозарядной винтовкой СВТ в звании рядового, 1941 год

    Через 8 месяцев меня направили на трехмесячные курсы. Очень секретные. После них служила уже в армейской разведке. Нашей 16-й армией и командовал Рокоссовский. Он нас часто инструктировал перед заданиями.

    Наши задачи изменились: работали с агентурой в немецком тылу, ходили за линию фронта связными. Ведь когда немцы осознали масштаб партизанской войны, они очень прижали партизан и подпольщиков, и те могли только ночью выйти на диверсию. А вот днем перемещаться под видом гражданских, собирать и передавать данные им было сложно. И это делали мы.

    Однажды чуть не попала в плен. Немец поймал у телефонного провода, который прослушивала, обезоружил, приставил к затылку пистолет. Я готовилась к смерти, молилась: пусть лучше убьет, но только не плен. Толкнул в спину, еще и пистолет мой швырнул со словами: забери, а то свои расстреляют.


    Да, 18 раз ходила за линию фронта. Войну закончила лейтенантом.

    * * *


    Маршала Рокоссовского матушка Адриана называла своим лучшим учителем.

    — Рокоссовский говорил: некоторые хотят командовать, и потому увлекаются грубостью, хотят, чтобы их боялись. А я хочу, чтобы меня любили, — вспоминала монахиня. — У него я училась выдержке, работе с подчиненными — у меня ведь и у самой появились подчиненные.

    После Победы до 1949 года Малышева служила на территории Польши, в Верхней Силезии.

    — А в 1949 году польский президент Берут обратился к Сталину с просьбой направить в Польшу главкома Северной группой войск маршала Рокоссовского. Польское руководство предложило ему пост министра обороны. А меня перебросили в Потсдам, — грустно вспоминала матушка.

    Вскоре офицер войсковой разведки Малышева, к тому времени уже капитан, отправилась на Родину. Подумывала поступить в медицинский, но в итоге все-таки вернулась в МАИ. Ее зачислили сразу на третий курс.

    Когда началась специализация, подала заявление на новое направление: ракетные двигатели. Ей отказали. Возмутилась: почему? Неофициально объяснили: специализация не женская, в группу набрали только мужчин. Как она добилась своего — хроники умалчивают. Сама матушка Адриана об этом тоже не рассказывала.


    Но, как удалось узнать, в заявлении на имя руководства МАИ студентка Малышева с подкупающей непосредственностью написала, что хочет создавать двигатели для ракет, потому что с детства увлекалась Циолковским. И добавила: «А если вы думаете, что это не женская профессия, то должна вам напомнить: во время войны я прекрасно справлялась со всеми мужскими обязанностями».

    Профессора, давясь от смеха, постановили: ну как же в ракетные двигателисты такую не принять…

    Распределили в НИИ-88 в Подлипках, ныне это г. Королев.

    — Там располагалось несколько КБ, — вспоминала Наталия Владимировна. — Руководили легендарные личности: Исаев, Севрук. А всю ракету целиком вел сам Королев.

    Там создавали баллистические ракеты, включая Р-7. Осенью 1957 года Королев запускает на орбиту первый спутник. А 12 апреля 1961-го в космос летит Гагарин.

    Инженер-конструктор Малышева участвовала в создании двигателей, которые она называет «ювелирными»: для маневрирования и торможения на орбите. В том числе и для гагаринского «Востока».

    — Проще говоря, наши двигатели — это все то, что останется у корабля после того, как отвалятся ступени, — улыбаясь, вспоминала матушка.

    Судьба свела с людьми-легендами. Ее руководитель Алексей Михайлович Исаев не только создатель двигателей для космических кораблей, орбитальных станций и межпланетных космических аппаратов. В историю авиации он вошел как конструктор движка первого в СССР полноценного ракетного истребителя «БИ-1».

    Королев остался в ее памяти суровым, но в то же время заботливым руководителем.

    — Безумно предан делу, очень много хорошего сделал для людей, — вспоминала матушка.


    Видела Хрущева: во время стрельб зенитными ракетами на полигоне Капустин Яр он картинно взялся за голову. Ракеты эффективно настигали цели, Никита Сергеевич задумчиво изрек: ну и зачем нам эти самолеты?!

    После этих слов для ВВС начались «черные времена», последовали сокращения.

    Кроме сопричастности к полету Гагарина разработки Наталии Малышевой еще не раз оказывали влияние на ход истории. Она участвовала в создании двигателей для ракеты зенитно-ракетного комплекса С-75 Петра Грушина.

    «Семьдесят пятый» для ПВО — это что-то вроде автомата Калашникова для пехоты. 1 мая 1960 года над Свердловском ракетой С-75 сбили американский разведчик U-2, пилот Пауэрс попал в плен. А когда в 1962-м во время Карибского кризиса такой ракетой уничтожили очередной U-2 — едва не началась третья мировая.


    Впрочем, это известные страницы мировой истории. Менее известно, что во Вьетнаме С-75 в 1967 году сбил американский истребитель, который пилотировал некто Джон Маккейн. Пилот катапультировался и попал в плен. Через 5 лет летчика выпустили из вьетнамской тюрьмы. В историю он вошел как основной кандидат от республиканцев на выборах президента США в 2008 году. Потерпел поражение от демократа Обамы. Именно та ракета изменила и характер, и судьбу Маккейна — то есть, по сути, «написала» предвыборную платформу стойкого «ястреба». Некоторые считают, что из-за этого он и не стал президентом.

    — За двигатель для ракеты С-75 меня наградили орденом, — скромно говорила матушка.

    От Верховного Совета до монастыря


    В 1993-м ее, уже пенсионерку, пригласили в райком партии: нужно баллотироваться в Верховный совет. Мол, у нас же блок партийных и беспартийных, а вы — блестящий образец современной женщины.

    Конкурентов не было, так что прошла бы.

    — Но Господь спас — я была бы в «расстрелянном» Верховном cовете, — считала монахиня.

    На самом деле Господь изменил ее судьбу еще до выборов. Как вспоминала матушка, она к тому времени уже вовсю ездила по монастырям, и по сути разрывалась между тягой к духовности и общественной работой. И со здоровьем начались проблемы: ноги, позвоночник.


    — Я решила, что это божье наказание за то, что мечусь между храмом и светским, — говорила она. — И окончательно пришла в храм.

    Сначала помогала обустраивать подворье Свято-Успенского Пюхтицкого женского монастыря в Москве. А затем осталась здесь служить простой монахиней, приняв постриг под именем Адриана.


    Ее знал Патриарх Алексий II.

    — Не представляю, от кого Святейший узнал обо мне, — признавалась монахиня. — Когда пришла сюда, ничего никому не рассказывала ни о войне, ни о ракетах. И приглашение от Патриарха на празднование Победы было неожиданностью.

    Прием для духовных лиц — фронтовиков Патриарх устраивал в Даниловом монастыре. И неожиданно объявил: «Майор в отставке монахиня Адриана!»

    — Я думаю — как же, откуда, — матушка сильно волновалась, вспоминая встречу. — А меня начинают подталкивать к Патриарху. Подошла. Он поздравил, вручил медаль, подарок. И после этого всегда поздравлял с праздниками, передавал подарки. Раза три в год к нам в обитель и сам приезжал. Когда подходила к нему на благословение, с улыбкой приветствовал: «А, матушка Адриана, как себя чувствуете?»

    Кстати, о том, что она майор, монахиня узнала по телефону: позвонили из военкомата, сказали — присвоено звание. И лишь недавно вручили майорские погоны.

    А в 2009 году к числу ее званий и титулов добавился еще один: матушка стала лауреатом премии «За веру и верность», учрежденной Фондом Андрея Первозванного. Икону апостола, диплом и знак, повторяющий символику петровского ордена Андрея Первозванного, вручали в Кремле. Зал аплодировал ей стоя.


    С ней любили ходить в разведку

    В разведроте Третьей Коммунистической дивизии Народного ополчения боец Наташа Малышева считалась талисманом.

    И на то были основания: свой первый подвиг она совершила 19 декабря 1941 года, то есть сразу после прибытия на передовую. Без приказа, по собственной инициативе, она проползла за линию фронта и в буквальном смысле на себе вытащила раненного в ногу разведчика. О подвиге написали в многотиражке Западного фронта.



    Источник: rg.ru



    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире
    • Добавить на Яндекс

    • 0
    • 06 февраля 2012, 09:10
    • kuzmin

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2018