200 лет назад родился Иван Айвазовский
Люди и судьбы

    29 июля 1817 года в Феодосии в семье рыночного старосты Геворка и вышивальщицы Рипсимэ Айвазян родился гений. В местной армянской церкви Святого Саркиса его крестили и в соответствующей книге записали Ованесом… История вполне хрестоматийная – обедневшая и, конечно же, многодетная семья; ее глава, разорившийся купец, в свое время покинувший родные места и оказавшийся в Феодосии после вынужденных скитаний. Сам город, хотя и невеликий, но южный, портовый и потому невероятно романтичный. И окружающие, колоритные и милейшие в большинстве своем люди, и волшебная природа – море, степи, курганы, не перестающая питать сердца даже, казалось бы, привыкших к ней местных жителей. Разве это не идеальные условия для того, чтобы ощутить в себе дар, ниспосланный свыше?!

    На тот момент Геворк Айвазян, происходивший из галицийских армян, уже добровольно «русифицировался» всей семьей и подписывался как Константин Гайвазовский. А со временем и первая буква отпадет, и мальчик Ованес станет известен миру как Иван Айвазовский. И в десять лет он уже работает в греческой кофейне, потому что родительских денег семье не хватает. А в свободные минуты перед работой он прибегает к утреннему морю, здоровается с ним, старается почувствовать, какое сегодня у моря настроение. Почему-то для мальчика это важно. Почему-то для него вообще важны эти минуты, когда так хорошо играется на скрипке, которую ему отдал случайный посетитель кофейни, а азы игры показали на базаре бродячие музыканты.

    Но однажды мальчик, аккуратно отложив скрипку, начинает рисовать на песке. Он рисует то, что видится ему невдалеке, и на песке появляется какой-то новый мир, родившийся из настоящего, уже волнующий будущим и увлекший бы в это будущее прямо сейчас, если бы не море, которое вдруг возвращает мальчика к реальности, слизывая с песка его рисунок. И мальчик плачет. Но с этого момента рисует на более надежных поверхностях.

    В том числе согласно преданиям и на стенах беленых феодосийских домиков. Наверняка не к радости их обитателей. Но как бы тогда городской архитектор Яков Христианович Кох заметил талант мальчика? Именно он подарил Ованесу-Ивану карандаши, краски и бумагу, дал несколько первых уроков. У каждого гения в начале пути должен быть такой человек, ведь правда же?..

    …А похоронен Иван был в 1843 году. Он совершал морское путешествие, как сказали бы теперь, «по работе», и в Бискайском заливе его корабль попал в бурю. В европейских и петербургских газетах появились сообщения о гибели прославленного живописца. Однако у судьбы были иные планы на Ивана Константиновича. Да и согласно народным поверьям оплаканный ошибочно живет потом долго. Так оно и получилось: Айвазовский прожил 82 счастливых года, рисуя до последнего дня, когда он, работая над картиной «Взрыв турецкого корабля», утомился, прилег отдохнуть и больше уже не проснулся…

    Об Иване Константиновиче Айвазовском и его творчестве – а это около шести тысяч работ – известно почти все. К счастью, достаточно известно и о людях, которые сопровождали судьбу великого художника. Яков Кох, например, искренне желал юному дарованию больших успехов и, будучи человеком доброй души, не присвоил себе роль единственного учителя и наставника, а представил парня феодосийскому градоначальнику. Действительный тайный советник Александр Иванович Казначеев в свое время был ординарцем Кутузова, участвовал в Бородинском сражении и других битвах, положивших начало крушению Наполеона I. В дальнейшем в мирной жизни стал, как сказано выше, градоначальником Феодосии, затем губернатором Таврии. А со временем и сенатором, курирующим строительство храма Христа Спасителя в Москве. С легкой руки Коха, Александр Иванович сразу оценил талант мальчишки, еще недавно мывшего посуду в греческой кофейне. Он подарил ему первые в жизни художника акварельные краски. Взял на полное содержание и поселил в своем доме. И, главное, покровительствуя ему всемерно, сначала содействовал его поступлению в Симферопольскую гимназию, а затем и зачислению в Императорскую академию художеств Санкт-Петербурга. Дружеские отношения Казначеева и Айвазовского сохранялись всю жизнь. Благодарный художник написал несколько портретов Александра Ивановича, на свои средства и по собственному проекту возвел в Феодосии красивый неординарный фонтан памяти Казначеева…

    Еще о людях, сопутствующих судьбе таланта. Людях или добрых ангелах? Когда Айвазовский 13-летним симферопольским гимназистом жил в семье губернатора, у него появились новые благодетельницы. Светские дамы Наталья Федоровна Нарышкина и Варвара Аркадьевна Башмакова (родная внучка полководца Суворова!), женщины умные и решительные, отправили в Петербург своим очень влиятельным друзьям письмо с рисунками Вани, сопроводив их пророческими строчками: «Примите его под свое покровительство. Как знать, быть может, он сделает честь России…» Влиятельные друзья отнеслись к просьбе подобающим образом, и вскоре еще один ценитель искусств «высочайше повелеть изволил: 13-летнего сына армянина из Феодосии Ивана Гайвазовского принять в Академию художеств пенсионером Его Величества и привезти сюда на казенный счет».

    В академии Айвазовский сначала попал в пейзажный класс профессора Максима Никифоровича Воробьева. Тонкий лирик, он также блестяще владел скрипкой, ощущая невыразимую связь музыки и живописи, что духовно роднило с ним молодого Айвазовского. Воробьев сразу заметил склонность юноши к изображению морских пейзажей и старался ее развивать. Затем Иван был определен помощником к приезжему французскому маринисту Филиппу Таннеру, который, впрочем, прохладно отнесся к юному художнику и поручал ему лишь копирование видов Петербурга. А в дальнейшем был класс батальной живописи профессора Александра Зауервейда.

    Таланты притягиваются, и в Санкт-Петербурге Айвазовский приятельствовал с Жуковским, Крыловым, Глинкой, Брюлловым, Пушкиным, которые не могли не обратить внимания на его пронзительную одаренность. «Эти морские волны запали мне в душу», – говорил Пушкин о ранних работах Ивана. Общение, несомненно, творчески обогащало каждого из них, хотя, как засвидетельствует через много лет Антон Чехов, отобедавший с живым классиком, Пушкина Айвазовский не читал. Да и вообще, со слов Чехова, читал он крайне мало, говоря: «Зачем мне читать, когда у меня есть свое мнение?». То ли Чехова подвело его пенсне, то ли 80-летний Айвазовский так по-стариковски подшучивал над модным гостем… Хотя можно в это поверить: художник «выдавал» в среднем по 92 картины в год, когда уж тут читать?!

    Зато Айвазовский очень любил рассказывать историю о своем турецком происхождении. Дескать, его прадед, сын турецкого военачальника, в малолетстве очутившись на поле брани, был спасен от смерти добросердечным армянином. И не только спасен, но взят в семью, взращен и воспитан. Документальных подтверждений этой легенды вроде бы нет. Однако это не основание полагать, что все в ней плод богатой фантазии художника… Что ж, турок по происхождению, армянин по воспитанию, русский по духу… гремучая смесь, питающая талант.

    Слава и успех полюбили Ивана Константиновича рано. И навсегда. Наверняка это была взаимная любовь. Но что такое слава? Нескончаемый спрос на картины или утомительное обилие знаменитых друзей-приятелей? Нет, все-таки слава – это когда на празднование десятилетия творчества Айвазовского к нему, двадцатидевятилетнему, всего два года назад назначенному живописцем Главного морского штаба России, в Феодосию прибывают шесть военных кораблей Черноморской эскадры во главе с флагманом, красавцем линкором «Двенадцать апостолов» под командованием прославленного Владимира Алексеевича Корнилова. Эскадра, стоя на рейде, салютовала орудийными залпами.

    Участие Айвазовского в морских походах и даже иногда в сражениях снискали ему уважение среди известных флотоводцев и простых моряков. Не в светских салонах, а на борту боевых кораблей познакомился он с Лазаревым, Нахимовым, Истоминым. А высочайшее повеление причислить академика Айвазовского к Главному морскому штабу отражает то обстоятельство, что он уже сам выбрал себе стезю летописца российского флота.

    Похоже, слава и талант Айвазовского не давали покоя многим его современникам. Например, Крамской писал Третьякову: «Айвазовский, вероятно, обладает секретом составления красок, и даже краски сами секретные…» Айвазовскому всегда работалось легко и вдохновенно. «Я не могу месяцами корпеть над картиной», – признавался он. Однако Достоевский со скрипучей иронией сравнивал эту легкость в работе с писательской «скорострельностью» Александра Дюма.

    И еще о судьбоносных для гения людях… Николай Павлович Романов, больше известный как император Николай I, лично разрешал конфликт в Академии художеств, разгоревшийся между Айвазовским и его горе-наставником Таннером. Причем разрешил его не в пользу многообещающего соотечественника. Целых полгода висела над Айвазовским перспектива быть отчисленным из академии. Но через пару лет император, явно благосклонный к таланту художника, приобрел его картину. В дальнейшем – еще несколько, при этом заявив: «Что бы ни написал Айвазовский, будет куплено мною». А на одной из совместных морских прогулок Николай I, преодолевая шум волн и ветра, кричал Айвазовскому: «Я – царь земли! Ты – царь моря!».

    «Царь моря» работал в мастерской, окна которой выходили во двор. Из них вида на море не было. Да этого и не требовалось. Айвазовский считал бесполезным писать с натуры сверкание молнии, порыв ветра, всплеск волны. Море он никогда не «срисовывал», а создавал на полотне свое море, полагаясь на почти фотографическую память и фантазию. С натуры он делал лишь наброски, впитывая игру стихии, ощущая и запоминая. А возвращаясь в мастерскую, переносил эти ощущения на холст. «Мое воображение сильнее восприимчивости действительных впечатлений, – говорил он. – Сделав набросок на клочке бумаги, я приступаю к работе и до тех пор не отхожу от полотна, пока не выскажусь на нем моей кистью…»

    Молодая красавица Анна Саркизова, которую 65-летний живописец встретил в Феодосии, вскоре стала его женой. Для обоих это был второй брак, а разница между супругами составляла 40 лет. Это не мешало счастью. Они много и с удовольствием путешествовали, но каждый раз поторапливались вернуться в милую сердцу Феодосию. Член пяти академий художеств и кавалер почетных орденов многих стран Айвазовский уже давно решил окончательно обосноваться здесь (к неудовольствию двора оставив столицу) и как меценат и попечитель очень много делал для родного города. Даже говаривали, что без его ведома в городе ничего не предпринимается. Указом уже третьего на своем веку императора Иван Константинович первым удостоился звания почетного гражданина Феодосии. Горожане с любовью называли его душой города.

    Когда Иван Константинович упокоился с миром, его провожал в последний путь весь город. Под звон колоколов и с воинскими почестями. Вдова Анна Никитична установила на его могиле надгробие из белого мрамора, с надписью на древнеармянском языке: «Рожденный смертным, оставил по себе бессмертную память». И в знак траура 25 лет не покидала их дома.

    Дмитрий Орлов
    Источник: vpk-news.ru



    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире
    • Добавить на Яндекс

    • 0
    • 25 июля 2017, 08:51
    • kuzmin

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2018