Неизвестный Харитон
Люди и судьбы

    27 февраля 1904 года в Санкт-Петербурге родился человек, удивительные дела и даже имя которого почти на полвека оказались наглухо закрыты плотной завесой секретности. Уже мы знали Королёва и Курчатова и даже фамилии главных конструкторов стратегических ракет замелькали на страницах газет и журналов. А вот о Юлии Борисовиче Харитоне нигде ни слова.

    Скажу больше. Однажды на режимное предприятие, на котором я работал инженером, в наш отдел перевёлся из «какого-то Арзамаса-16» конструктор. В беседе с коллегами своё прежнее место работы, обмолвившись, он назвал «хозяйством Харитона»… Этого оказалось достаточным, чтобы разразился грандиозный скандал, а парня чуть было не уволили с лишением допуска к секретным работам.

    Будущий главный конструктор и научный руководитель Всесоюзного Научно-исследовательского института экспериментальной физики (ВНИИЭФ), занимавший должность первого руководителя 46 лет, в юности учился на физико-механическом факультете Петроградского политехнического института. Первую учёную степень получил в Кембридже в лаборатории Эрнеста Резерфорда. Вернулся в Советский Союз и с началом Великой отечественной войны занялся разработками ракетного топлива для «Катюш» и технологий производства взрывчатых веществ. С 1945 года он включён в состав участников советского атомного проекта, через год назначается руководителем КБ-11 при Лаборатории №2 АН СССР в городе Сарове (в те годы это и был тот самый Арзамас-16, а КБ-11 позднее станет ВНИИЭФ). Огромный вклад Харитона в дело создания ядерного щита страны будет отмечен тремя звёздами Героя Социалистического труда, Ленинской премией и тремя Сталинскими премиями. Сегодня, в день рождения «атомного академика», мне хотелось бы вспомнить пару эпизодов из истории знаменитого «хозяйства Харитона».

    В начале мая 1945 года из Москвы в Берлин вылетел «Дуглас» с группой руководителей отечественного атомного проекта и участвующих в нём учёных. Двое были «генералами» — А. П. Завенягин и В. А. Махнев, на остальных красовалась новенькая полковничья форма. Среди «полковников» были Ю. Б. Харитон, И. К. Кикоин и Л. А. Арцимович, а летела эта команда в Германию с задачей отыскать и вывезти в Союз документы, оборудование и материалы, имеющие отношение к немецкой программе создания атомного оружия.

    Первым в списке объектов, куда обязательно надо было попасть, значился Институт физики им. кайзера Вильгельма. Институт оказался эвакуирован, но в здании сохранились нетронутыми сейфы с секретной документацией. Вспоминает И. К. Кикоин: «В качестве зам. директора там остался Людвиг Бевилогуа, охранявший жалкие остатки оборудования. Он нас встретил. Мы были в полковничьих формах. Я попросил, чтобы он показал нам секретные сейфы. Я, правда, мало надеялся, что он покажет их. Конечно, они уничтожены. Однако оказалось, что он не уничтожил. Он нам отдал ключи и показал, где находятся сейфы секретные. Мы их вскрыли. Они набиты были документами, и ничего не было уничтожено. Мы спросили: «Почему не уничтожены сейфы?» Он сказал, что получил указание такое, что сейфы уничтожить либо по прямому указанию по радио, которое он должен получить, либо придет с соответствующим паролем человек, который даст ему указание уничтожить сейфы, и заключил: «Ни того, ни другого нет, и поэтому сейфы я не уничтожил, не имел право уничтожить сейфы». Несмотря на то, что армия вошла в Берлин, он сейфы так и не уничтожил… с немецкой аккуратностью. Но, правда, Институт-то был эвакуирован почти весь, там уже мало что сохранилось. Остался он и несколько сотрудников второстепенных… Но документы остались все! Среди секретных документов мы нашли урановый проект».

    Важной задачей оставался поиск запасов урана и его соединений. Ю. Б. Харитон вспоминал: «Поскольку немцы заняли практически всю Европу, они находились также и в Бельгии. Как всем хорошо известно, в Бельгийской колонии в Африке — Конго — крупные залежи урана, и поэтому очень вероятно, что какое-то количество урана немцы захватили в Бельгии и надо поискать, где же этот уран находится. Ну, вот мы и начали работать… Однажды нашли склад и там обнаружили, сейчас уже не помню, но, в общем, какое-то ничтожное количество ящиков, таких больших деревянных, в которых было некоторое количество окиси урана. Спрашивали у работников: «Где же ещё? Ведь не один ящик был!» «А вот приезжали тут русские солдаты, они искали краску для какого-то здания для своего начальства». Была организована отделка какого-то здания. Вот они увидели этот желтый порошок, который явно очень подходил для разбавления краски. Солдаты увезли его, чтобы красить какое-то здание…

    На другом заводе нашли склад, который был открыт. Около входа, слева находилась груда бочонков, в которых находился какой-то желтый порошок. Внимательно осмотрев злополучные бочки, на одной из них обнаружили забытую этикетку, на которой было написано «Uranium oxid» (окись урана). Это и был груз, который мы так долго и упорно искали! Бочки были немедленно отправлены в Советский Союз. Там оказалось свыше 100 тонн урана. По накладным нам все же не хватало 12 тонн. Мы нашли место, где они могли находиться. Это место оккупировали наши моряки, которые использовали порошок для окраски судов. Моряки ни за что не хотели отдавать свои трофеи «какой-то пехоте». С помощью морского командования мы все же вернули эти 12 тонн и отправили их также на родину».

    Создание ядерного заряда потребовало очень глубоко разобраться в динамике процессов взрыва – сперва не атомного, а обычного, который обжимал ударной волной плутониевый шарик, переводя его в состояние сверхкритической плотности. В марте 1947 года Ю. Б. Харитон со своим заместителем К. И. Щёлкиным (на фото) составили первое штатное расписание новой научно-производственной организации. Юлий Борисович вспоминал об этом дне так: «Мы с Щелкиным составили первый список научных работников. Их было 70. Это показалось огромным числом, мол, зачем столько. Никто тогда не представлял масштабов работ».

    Для проведения важнейших экспериментальных исследований по отработке конструкций ядерных зарядов в структуре КБ-11 Ю. Б. Харитоном были образованы лаборатории:

    Лаборатория №1 М. Я. Васильева (разработка принципиального устройства фокусирующих элементов и выбор взрывчатого вещества для них). Здесь начал работу молодым специалистом А. Д. Захаренков, будущий Главный конструктор зарядов и атомных боеголовок.

    Лаборатория №2 А. Ф. Беляева (исследования процессов детонации).

    Лаборатория №3 В. А. Цукермана (разработка методов импульсного рентгенографирования и сверхскоростной фотохронографии процессов, происходящих в детонирующем заряде взрывчатого вещества).

    Лаборатория №4 Л. В. Альтшулера, где на уменьшенных моделях проводились экспериментальные исследования различных физических схем «изделий». Такой метод позволял очень оперативно получать ответы на вопросы о принципиальной применимости тех или иных технических решений при конструировании достаточно сложной «сборки» ядерного заряда (на одном из рисунков отделовской стенгазеты был изображен Альтшулер с «долькой», якобы, земного шара, но на самом-то деле имелось в виду совсем другое… режим!).

    Лаборатория №5 К. И. Щёлкина, где экспериментальная отработка конструкций атомных бомб выполнялась на полноразмерных натурных моделях изделий (до 1,5 – 2 метров), в которых вместо штатных делящихся материалов использовались технологические вставки из стали, алюминия или урана-238.

    Лаборатория №6 Е. К. Завойского (измерение сжатия моделей центрального металлического узла ядерного заряда).

    Лаборатория №7 А. Я. Апина (нейтронный «запал»).

    Лаборатория №8 Н. В. Агеева (металлургия урана и плутония).

    Лаборатория №9 Г. Н. Флёров (определение критических масс делящихся веществ).

    Лаборатория №10 А. Н. Протопопова (проведение нейтронно-физических измерений).

    Основная тяжесть ответственности за принимаемые технические решения ложилась на плечи руководителей и сотрудников этих лабораторий, в работе которых и в обсуждении текущих результатов самое активное участие принимал и Харитон. Что интересно: ни разу фамилия шефа не оказалась в списке соавторов научных статей «по праву начальника».

    В 1963 году в «хозяйстве Харитона» и при его активной поддержке начинаются работы по созданию «Стационарной установки для получения активных веществ и электроэнергии с помощью ядерных взрывов». Идея проекта, получившего кодовое название «Ява», принадлежит Ю. А. Трутневу и Ю. Н. Бабаеву, которые сумели обосновать, что проведение маломощных ядерных взрывов в замкнутой камере позволит с высокой экономической эффективностью производить многие ценные вещества, в частности, искусственные алмазы, а также электроэнергию.

    В ходе опытно-конструкторских работ была спроектирована камера диаметром в 12 м и весом 700 т, способная выдерживать ядерный взрыв с тротиловым эквивалентов от 10 до 100 тонн.В 1986 году уникальная установка была сдана в опытную эксплуатацию на полигоне ВНИИЭФ «Галит» в Казахстане и использовалась для производства мелкодисперстных искусственных алмазов. После развала СССР установка «Ява» находится в собственности Казахстана.

    Как утверждал Л. В. Альтшулер, этим забавным словом сотрудники НИИЭФ называли стиль работы Юлия Борисовича: «Ответственность, с которой он подходил к делу, вызывала восхищение. Он никому не доверял. И, конечно, был прав. Глубокое проникновение Юлием Борисовичем во все детали проводимых исследований и величайшая ответственность за их результаты приобрели в институте название «юбизм».


    Юрий Романов
    Источник: computerra.ru



    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире
    • Добавить на Яндекс

    • 0
    • 27 февраля 2014, 10:09
    • kuzmin

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2018