Создатель музея обороны и блокады Ленинграда
Люди и судьбы

    В декабре 1943 года Военный Совет Ленинградского фронта принял постановление об организации выставки «Героическая защита Ленингpaдa» (к открытию экспозиции слово «защита» заменили на «оборона»). На ее основе затем возник знаменитый Мемориальный музей обороны и блокады Ленинграда. Создателем музея был Лев Раков – ленинградский ученый, которого директор Эрмитажа Михаил Пиотровский назвал «легендарной личностью».

    По тем строгим временам это действительно был совершенно необыкновенный человек: высокий, статный, эрудированный, остроумный, мягкий и интеллигентный, всегда тщательно и элегантно одетый. Посетившая вместе с мужем Ленинград жена будущего президента США Дуайта Эйзенхауэра Клементина, с которой ему поручили работать переводчиком, сказала: «Мистер Раков, вы единственный мужчина в СССР, который умеет носить шляпу».

    Родился Лев Львович Раков в 1904 году. Окончил Выборгское коммерческое училище, одну из лучших школ Петрограда. Мечтал стать моряком, в 1921 году хотел поступить в Военно-морское училище, но его забраковали как «выходца из дворянского сословия». В результате поступил в Петроградский институт истории, философии и лингвистики. Однако через два года бросил учебу и пошел работать конторщиком в редакцию «Вестника Ленсовета», потом устроился экскурсоводом в Русский музей. Только в 1927 году решил продолжить учебу и поступил на историко-лингвистический факультет — уже Ленинградскогоуниверситета. Потом был зачислен в аспирантуру на кафедру истории Древнего мира, начал преподавать, стал научным сотрудником Эрмитажа, его ученым секретарем, читал блистательные лекции, удивляя всех своими знаниями и необыкновенной эрудицией. Поражал он студентов и своей внешностью: ростом, осанкой, благородным лицом, исполненным ума.

    Раков выглядел так, словно сошел с обложки журнала мужской моды, хотя на самом деле у него было всего три старых костюма, но он тщательно гладил и носил их так, словно вчера купил в самом дорогом магазине.

    Когда ему было 20 лет, поэт Михаил Кузмин предсказал Ракову жизнь, полную приключений и романтических встреч: «Конечно, Вы судьбе другой обречены. Любовь и слава!» Увы, его ждали не только слава и любовь, но и горькие разочарования, и застенки НКВД.

    В 1937 году на истфак, где преподавал Раков, обрушились репрессии. Ряд преподавателей был арестован, их обвинили в проповеди террора: они, как заявили следователи, одобряли Брута за то, что тот убил Юлия Цезаря. Против Льва Ракова – его арестовали в октябре 1938 года — было выдвинуто и еще одно обвинение: организация в Эрмитаже выставки «История русского оружия», на которой было показано вооружение дореволюционной армии, было квалифицировано, как «пропаганда царизма». Обвинили его еще и в шпионаже: как научный секретарь Эрмитажа, он вел переписку с зарубежными учеными. От гибели в ГУЛАГе Ракова спас арест главы НКВД, когда часть репрессированных освободили, как «жертв ежовщины».

    Оказавшись на свободе, Раков вернулся к работе в университете и в Эрмитаже. Но тут грянула война. В июле 1941-го он вступает в ряды народного ополчения. Но уже через две недели Ракова отозвали в политический отдел армии, где ему поручили читать лекции по военной истории в армейских частях и заниматься политико-воспитательной работой. Лекции его пользовались большой популярностью среди офицеров фронта, имела успех и организованная им выставка «Русская военная книга». В апреле 1944 года майор Раков был награжден орденом Отечественной войны II степени. В наградном листе пишется: «В период прорыва блокады г. Ленинграда принимал участие в боях с немецко-фашистскими захватчиками в составе 63 и 45 гвардейских дивизий, проявляя неоднократно храбрость и мужество».

    Решением Военного совета Ленинградского фронта Ракову было поручено организовать выставку «Героическая оборона Ленинграда», которая потом и превратилась в музей. Это была уникальная экспозиция, расположившаяся в залах бывшего Сельскохозяйственного музея в Соляном городке – так назывался один из кварталов города. Еще шла кровопролитная война, блокада не была снята, а ленинградцы стали нести в музей реликвии, которые напоминали об ужасах осады: буржуйки, которыми отапливали квартиры, самодельные коптилки, письма с фронта, дневники своих родственников погибших под бомбежками и от голода, фотографии. В течение нескольких месяцев были собраны уникальные экспонаты: фюзеляжи самолетов наших прославленных летчиков, которые были расписаны звездами сбитых вражеских самолетов, орудия лучших артиллеристов фронта, личное оружие погибших героев, их документы, ордена, легендарный дневник Тани Савичевой, искалеченный снарядом трамвайный вагон, окровавленные продовольственные карточки и многое другое.

    В огромных залах Соляного городка был создан необычный эффект присутствия благодаря диорамам, созданным мастерами Академии художеств. Как описывали посетители, в одном из залов они видели «немецкие снаряды, которые падали на Ленинград, затем они видели дыру, как бы пробитую этим снарядом в кирпичной стене (на ней висели обрывки афиш Большого зала Филармонии и синели буквы столь знакомой ленинградцам надписи «Граждане! При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна!») и через нее – в перспективе перекресток Невского и Садовой, где 17 июля 1943 года на трамвайной остановке во время бомбежки погибло шестьдесят человек. Сухой стук метронома усиливал эмоциональный шок от этого зрелища трагедии и преступления. Образ голода и холода создавала заледенелая витрина магазина, где зритель словно сам протер рукавом маленький кружочек и увидел весы, на одной чаше которых стояли гирьки в 125 граммов, а на другой лежал кусочек того самого почти несъедобного хлеба, который составлял дневной рацион ленинградцев в страшное блокадное время. И это сразу брало за сердце».

    В музее были залы, посвященные Дороге жизни, Зал партизанской славы, Зал МПВО, Зал Балтийского флота, Зал артиллерии, Зал трофеев, куда привезли захваченную немецкую технику, в том числе танки «Тигры» и огромные орудия, из которых гитлеровцы обстреливали город.

    Огромное впечатление производила окруженная пушками восьмиметровая пирамида из солдатских касок, пробитых осколками, которая напоминала знаменитую картину Верещагина «Апофеоз войны».

    Музей посещали тысячи людей. Потрясенные, они оставляли восторженные отзывы, выражавшие восхищение мужеством и героизмом ленинградцев. Музей посетил будущий президент США Д. Эйзенхауэр, который написал в книге отзывов: «Музей обороны Ленинграда является наиболее замечательной выставкой из виденных мною. Героическая оборона города заслуживает увековечивания в нашей памяти».

    За работу над экспозицией Раков был награжден Орденом Отечественной войны I степени, а вскоре получил новое важное назначение – стал директором Публичной библиотеки имени М.Е. Салтыкова-Щедрина.

    В феврале 1949 года в Ленинград из Москвы прибыл член Политбюро ЦК ВКП (б) Георгий Маленков со свитой, а потом большая группа чекистов. Он огласил в Смольном постановление Политбюро «Об антипартийных действиях» руководителей города, которые якобы пытались обособить Ленинград от Москвы. «Принизили роль великого Сталина!», — в ярости кричал он. Начался разгром партийной организации города по сфабрикованному так называемому «Ленинградскому делу». Пошли аресты, массовые увольнения. Музей обороны Ленинграда был ликвидирован. Экспонаты выбрасывали на улицу, бесценные документы и фотографии сжигали, картины рвали и резали, скульптуры разбивали молотками, а пушки и самолеты отправили на переплавку. Во дворе пылали костры, на которых сжигали историю блокады.

    Создателей экспозиции обвинили в том, что они, якобы в террористических целях, сконцентрировали в музее большое количество оружия и готовили покушение на Сталина, хотя все орудия были в нерабочем состоянии, с просверленными стволами. Другое обвинение состояло в том, что в музее будто бы имело место «политически вредное изображение страданий и лишений ленинградцев».

    В апреле 1950 года Раков, как один из организаторов «порочной экспозиции в Музее обороны Ленинграда», был снова арестован и отправлен в Лефортово.

    Вел его дело подполковник Дворный – один из лучших специалистов «по вышибанию зубов и ломке ребер». Как потом стало известно, ученый держался на допросах мужественно и никого из своих коллег не оговорил.

    Приговор гласил: «Двадцать пять лет тюремного заключения, с поражением в правах на пять лет с конфискацией всего лично принадлежащего ему имущества». Спустя много лет Лев Львович с присущей ему иронией рассказывал, что тогда подумал: «Ну ладно, двадцать пять лет тюрьмы – куда ни шло, но потом в течение пяти лет не голосовать – нет, это уже слишком жестоко!»

    После смерти Сталина Раков, отсидев пять лет, был реабилитирован. Работал в Ленинграде, куда вернулся в 1954 году, сначала заместителем директора Всесоюзного музея имени А.С. Пушкина, а затем, с 1955 по 1962 год — директором Научной библиотеки Академии художеств. Начал работать над книгой «Русская форменная одежда, знаки различия и награды как исторический источник». Лев Львович был не только прекрасным организатором и научным работником, но и талантливым писателем. Его перу принадлежат две пьесы «Что скажут завтра?» и «Опаснее врага», написанные в соавторстве с Д. Алем, и поставленные на сцене Ленинградского театра комедии. Написал Раков также сборник рассказов «В капле воды», повесть «Прогулки в окрестностях любви», литературные эссе «Судьба Онегина» и «Влюбленный в Психею. Письма о Гоголе». Писал он даже за решеткой, многие его стихотворения, изданные только в 2001 году, были созданы в тюрьме. Там же он вместе с сокамерниками создал шутливый «Библиографический словарь всех стран и времен» воображаемых знаменитостей «Новейший Плутарх». Но после всех отсидок здоровье было уже непоправимо разрушено — аресты, допросы, годы в неволе давали себя знать, начались болезни, вскоре Раков вышел на пенсию. В больнице, сохраняя поразительное спокойствие духа, он по привычке, оговариваясь, называл других пациентов своими «сокамерниками». Умер «блокадный директор» 7 февраля 1970 года, похоронили его на Серафимовском кладбище. Эпитафией ему могли бы послужить строки из его собственного стихотворения, написанного в тюрьме:

    Привыкли к грустной мы картине
    Напрасной траты средств и сил.
    Так спорил Горчаков в Берлине;
    Так Витте в Портсмуте просил.
    Но столь бессмысленной растраты
    Богатства, жизней и труда
    (Весь мир не стоил этой платы) –
    Страна не знала никогда.
    В горячке новых потрясений
    Никто не помнит тех имен,
    Ни горькой славы тех сражений,
    Ни бранной чести тех знамен.
    Могилу друга навещая,
    Повспоминайте обо мне,
    Один по кладбищу гуляя:
    Друг спит в могиле; я в тюрьме.
    Зачем? За что? Смешно и больно.
    Что будет дальше – все равно.
    Но тем завидую невольно,
    Кто умер честно, но давно.


    Легендарный музей блокады восстановили, но, увы, многие из бесценных экспонатов пропали безвозвратно…
    Источник: stoletie.ru



    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире
    • Добавить на Яндекс

    • 0
    • 09 сентября 2013, 07:52
    • kuzmin

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2018