Непридуманные рассказы о войне. Людская доброта помогла выжить
Люди и судьбы

    До войны наша семья жила в центре Ленинграда, в Максимилиановском переулке. Родители работали на Балтийском заводе. Две мои сестры и брат ходили в детский сад на Фонарном, а я больше жила у бабушки в деревне Дубровка, недалеко от Валдая.

    Когда началась война, мне исполнилось пять лет. Помню, как по большой дороге отступали наши машины, а им навстречу неслись немецкие мотоциклисты в зеленых касках и стреляли из автоматов по машинам и окнам домов.

    Из Дубровки, как из прифронтовой полосы, нас вскоре выселили. Переехали в деревню Лужно, поселились в чужой баньке. Дедушка вскоре заболел тифом и умер. Было очень голодно. Если удавалось найти в поле мерзлую картошку, бабушка пекла из нее оладьи. Иногда немцы выдавали из походной кухни по баночке супа. Однажды, пока я ходила за супом, бабушка умерла. Пришел староста из местных, забрал себе дедов полушубок и все, что понравилось из вещей.

    Потом немцы собрали детей, оставшихся, как я, без родителей, и отправили в Новгород, в детский дом. Через несколько дней отобрали евреев и цыган. Забрали и девочку-цыганку, спавшую рядом со мной на нарах. Их всех закопали живыми в большой яме во дворе. Мы затыкали пальцами уши, чтобы не слышать, как они кричат. Над ямой несколько дней шевелилась земля…

    В детдоме мы прожили с год. Воспитательницами были русские женщины, и некоторые жалели нас. Но что они могли поделать, еды почти не было. Иногда выдавали по кусочку хлеба с опилками. Я опухла от голода и не ходила. Однажды большая злая женщина, служившая в доме, вырвала у меня паек со словами:

    — Все равно сдохнешь!

    Потом немцы приказали жителям разобрать детей. Я все ждала маму и не шла к чужим. Но в конце концов и меня, как сироту, отдали пожилым бездетным людям — Федору Павловичу и Евдокии Федоровне Богдановым. Они приняли меня как дочку и относились очень ласково. Только время было такое тяжелое, такое голодное… Питались одной мерзлой картошкой и всякими корешками. Однажды на улице убило снарядом лошадь. Сразу набежало столько народу, что в считанные минуты от нее осталось лишь кровавое пятно.

    Но как бы ни туго всем приходилось, не припомню случая, чтобы в любом доме, куда б я ни зашла, не поделились чем-нибудь съестным — хоть половинкой лепешки, хоть ложкой супа, а покормят. Если б не эта людская доброта — ни за что б не выжить.


    В сорок третьем всех жителей стали угонять в Германию, и мои приемные родители ушли вместе со мной из дома. Скитались по соседним деревням. А я еще вдобавок заболела коклюшем… Долго скрываться не удалось, немцы забирали всех поголовно. Поймали и нас, и вместе со всеми погнали в Остров. Снова отобрали цыган и евреев — их отправили в гетто, а нас погрузили в товарные вагоны и повезли дальше на запад.

    Стояла зима, мороз, все мерзли и голодали. Мои названые родители отдавали мне почти все, что было из еды, согревали и растирали меня. Мои ноги всегда были в тепле: папа Федор, сапожник по профессии, еще дома сшил мне замечательные бурки.

    В пути многие пытались бежать: выламывали доски пола, прыгали на ходу. По ним стреляли немцы, и я не знаю, удался ли кому-нибудь побег…

    До остановки в Польше нас ни разу не покормили. В Польше всех повезли на распределительный пункт. Отсюда больных и немощных отправили в крематорий. Остальных сводили в баню, прожарили одежду (вшей на нас было — тьма-тьмущая) и снова погрузили в эшелон.

    Привезли в Западную Германию и поместили в лагерь за колючей проволокой на окраине какого-то города. Мы жили в громадных дощатых бараках, выкрашенных в зеленый цвет. В одном бараке — мужчины, в другом — женщины с детьми. Спали на нарах, устроенных в три яруса. Взрослые работали на заводе, дети убирали территорию и помогали на кухне. Люди возвращались с работы настолько усталыми, что не могли говорить. И все же, увидев ребенка, редко кто из взрослых не гладил его по голове. Хоть и не говорил ни слова, все равно на душе становилось теплее и веселее.

    Кормили нас два раза в день разваренным месивом без хлеба. На кухне женщины старались сунуть детям кусочки брюквы или турнепса. Но после работы немцы проверяли у всех кухонных работников карманы и сильно били, если находили что-либо съестное. Был, правда, среди охранников один пожилой хромой немец, который никогда не останавливал. Увидит оттопыренный карман, махнет рукой:

    — Иди, иди!


    А в бараке одна русская женщина доносила немцам, кто о чем говорил, кто что принес. Как-то утром я пошла в туалет и увидела ее лежащей вниз головой в яме с нечистотами. Я с криком прибежала в барак, но женщины закрыли мне руками рот и велели молчать. Немцы так и не дознались, кто убил доносчицу.

    Иногда нас посылали на работу к бауэрам. Ходили лесом, мимо лагеря советских военнопленных. Донельзя истощенные, они лежали прямо на земле под открытым небом. Возвращаясь с работы, мы кидали им через забор какую-нибудь еду.

    Освободили нас американцы в мае 1945 года. Перевели в свой лагерь с баней, столовой и прачечной, хорошо кормили и уговаривали ехать в Америку. Мои приемные родители не согласились, и осенью мы вернулись на Родину.

    В Острове нас распределили по окрестным деревням. Я с папой Федором и мамой Дусей попала в деревню Грызавино Бирюсовского сельсовета. Мне определили возраст — 8 лет, и я начала ходить в грызавинскую школу. Жизнь постепенно налаживалась, мама с папой старались меня посытнее накормить, потеплее одеть. Своих настоящих родителей я успела позабыть.

    А тем временем моя родная мама разыскивала по всему свету свою Галю-черненькую. И вот в один прекрасный день, когда я, ничего не подозревая, сидела за столом и делала уроки, вбежали соседские дети и кричат:

    — Галя, твоя мама приехала!

    Я очень удивилась: «Какая еще мама?»

    Казалось, надо бы радоваться, а получилась настоящая трагедия для всех. Папа не выдержал, ушел из дома. Я сидела между двумя своими мамами и ревела в три ручья, не прикасаясь к городским гостинцам.

    Первая мама все же уговорила вторую, ведь она осталась совсем одна. Обе мои сестры и брат погибли в один день, когда в детский сад попала бомба. Отец пропал на фронте.

    Так в декабре сорок пятого года я снова очутилась в Ленинграде. Все время плакала по приемной маме и не признавала родную. Из довоенной жизни помнила только дядю Ивана, маминого брата, лишившегося при аварии пальцев.

    — Вот если приедет дядя Ваня без пальцев, поверю, что ты настоящая мама.

    Дядя Ваня жил в другом городе, но все-таки приехал. Мне пришлось поверить и заново привыкать к своей забытой маме.

    Но через два года мама тяжело заболела, сказались последствия блокады. Полгода я ходила к ней в больницу в Пироговском переулке, и она каждый раз угощала меня то булочкой, то кусочком сахара. Потом мама умерла, и в 11 лет я снова осталась одна. Сколько ни писала в Грызавино, ответа от папы Федора и мамы Дуси не получила. Наверное, они куда-то переехали. Пойти в детский дом я ни за что не соглашалась, помня ужасную жизнь в новгородском детдоме.

    За маму мне дали пенсию, на нее и жила. Помогали и соседи по дому. Придешь, бывало, из школы, и тут же то из одного, то из другого окна кричат:

    — Галя, иди поешь!

    И суют то бублик, то сосиску…

    В 16 лет окончила шестой класс и пошла работать. Учительница Тамара Андреевна все наставляла:

    — Никому не говори, что была в плену! О концлагере и не заикайся!

    Я и молчала. Во всех анкетах писала: «В плену и оккупации не была». Только в 1988 году, когда объявили о льготах бывшим малолетним узникам фашистских концлагерей, осмелилась обратиться за подтверждением в КГБ. Оттуда позвонили на завод, где я проработала фрезеровщицей всю жизнь, и в отделе кадров поднялся настоящий переполох: как это я, бывшая пленница, работала на режимном предприятии! И хотя было мне в том плену от четырех до восьми лет, с завода пришлось уйти.

    Было очень обидно. Ведь война, концлагерь — это как незаживающая рана, которой тебя же и укоряют. И не выжить бы мне ни за что, если б не мои названые родители папа Федор и мама Дуся. Нет их, наверное, уже на свете, но я буду их помнить до конца своих дней…
    Источник: world-war.ru



    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире
    • Добавить на Яндекс

    • 0
    • 13 мая 2010, 08:39
    • simca

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2017