Максим Кустов «Наёмники фюрера»: Великая Финляндия осталась без Урала
История и события

    — Предисловие
    — Скажи, кто твой союзник…
    — Атаки с футбольным мячом
    — Война на Востоке
    — Румыны шли походным маршем
    — Исторический опыт
    — Кобыла Мадемуазель и капитан Попеску
    — Удар по слабому звену
    — Немцы и румыны после Сталинграда
    — Усташи
    — Террор по-балкански
    — Курс молодого палача
    — Союзники в воздушной, морской и речной войне

    После поражения в так называемой «зимней войне» 1939–1940 годов и утраты части территорий Финляндия рассчитывала вернуть утраченные земли, а заодно и приобрести новые с помощью Германии. Особо рьяные финские националисты грезили о «великой Финляндии до Урала». В состав этой гипотетической страны они собирались включить края, где жили финно—угорские народы — от карелов до коми.

    Для нападения на СССР в Юго—Восточной Финляндии, у границ Советского Союза, сосредоточились Карельская и Юго—восточная финские армии. Одна пехотная дивизия Юго—восточной армии была развернута против полуострова Ханко. Карельской армии предписывалось захватить южную часть Карелии и встретиться с войсками группы армий «Север» на реке Свирь, а Юго—восточной армии — овладеть всей территорией Карельского перешейка и встретиться с немецкими войсками в районе Ленинграда, занять полуостров и военно—морскую базу Ханко.

    Кроме того, на территории Норвегии и в Северной Финляндии была развернута немецкая армия «Норвегия» под командованием генерала Фалькенхорста. В состав армии, главной задачей которой был захват Мурманска, входил 3–й финский корпус.

    Военно- морской флот Финляндии на Балтийском море имел 7 кораблей основных классов (2 броненосца береговой обороны и 5 подводных лодок), а также 53 других корабля [История Второй мировой войны. Т. 4. М.: Воениздат МО, СССР. 1975. С. 24].

    22 июня 1941 г. финны активных боевых действий не вели, ограничившись в основном тем, что предоставили возможность сухопутным и военно—воздушным силам Германии атаковать советскую территорию. Сами финны вступили в бой спустя несколько дней, после того как советская авиация предприняла ряд налетов на финские аэродромы, которые активно использовали немецкие ВВС.

    По финской версии, в последние годы усиленно тиражируемой и у нас, финны в июне 1941 года всего лишь «вновь оказались жертвами советской агрессии». Несостоятельность этой версии становится совершенно очевидной при изучении материалов, прежде всего, «с той стороны».

    Известный немецкий военный историк Пауль Карель пишет:

    «…7 мая 1941 г. решение Гитлера прибыло в корпус с курьером через штаб командующего армией в Норвегии генерал—полковника фон Фалькенхорста. Фюрер избрал скверный компромисс. Он приказал армии в Норвегии, на которую теперь возлагалась ответственность за ведение боевых операций на севере Финляндии, нанести удар по Мурманской железной дороге в трех точках. Горно—стрелковому корпусу Дитля предстояло силами своих двух дивизий выступить из Петсамо на город и порт Мурманск, двум пехотным дивизиям 36–го корпуса одновременно наступать через Сала в направлении Кандалакши, примерно в 350 километрах южнее, чтобы там перерезать железнодорожную линию. И, наконец, еще в 150 километрах южнее финский 3–й корпус, также силами двух дивизий, должен был атаковать через Кестеньгу на Лоухи и перерезать линию там. На трех разных участках развертывалось в общем и целом шесть дивизий» [Карель П. Восточный фронт. Кн. 1. Гитлер идет на Восток. 1941-1943. М.: Изографус, ЭКСМО, 2003. С. 368].

    Итак, уже в мае 1941 года Гитлер в приказе четко пишет об участии в плане «Барбаросса» финского 3–го корпуса. Может быть, известный историк (в годы войны сотрудник германского МИДа) что—то путает? А как у других немецких авторов? Вот что сказано в труде генерала Курта Типпельскирха «История Второй мировой войны»:

    «Участие в войне Румынии и Финляндии было уже предусмотрено в директиве от 18 декабря 1940 года» [Типпельскирх К. История Второй мировой войны. СПб.: Полигон; М.: ACT, 1999. С. 230].

    В декабре 1940 года немцы планируют участие финнов в войне на их стороне, 7 мая 1941 года Гитлер расписывает корпусам их действия.

    Хотелось бы привести еще одну цитату из того же Кареля, показывающую, как финны вели себя 22 июня 1941 года:

    «Между исходными позициями немцев в Норвегии и советской границей пролегала финская территория. В Петсамо, однако, находилась резиденция советского консула. Он мог засечь подготовку к войне накануне 22 июня и послать тревожный сигнал в Москву. Под угрозой утраты тогда оказался бы фактор внезапности всей операции «Барбаросса».

    По этой причине, по договоренности с финской стороной, военнослужащие одной саперной роты малыми группами в гражданской одежде пересекли территорию Финляндии в ночь с 20 на 21 июня, чтобы подготовить переправу через реку Петсамо. Внешне финны вели себя самым правильным образом. Финские пограничники с бюрократической точностью выждали, когда стрелки на их часах покажут 02.31 по восточному времени. Все в порядке: война против России началась минуту назад. Шлагбаум открылся. Солдаты из Штирии, Тироля и Зальцбурга поднялись и устремились вперед к завоеванию города за полярным кругом. К 24 июня немцы провели рекогносцировку местности вплоть до самой границы. Местные финские проводники провели немцев через скалы и валуны, мимо сверкающего красного гранита через ручьи и речки и снежные сугробы» [Карель П. Восточный фронт. Кн. 1. Гитлер идет на Восток. 1941-1943. М.: Изографус, ЭКСМО, 2003. Указ. соч. С. 368-369].

    Поскольку немцы вели активные боевые действия с территории Финляндии, советское командование попыталось нанести массированный авиационный удар по финским аэродромам. Ожидаемых результатов советские авианалеты не дали, но именно это позволило финнам объявить себя «жертвами советской агрессии».

    Финны с немецкой точки зрения «вели себя самым правильным образом» и помогали им. С чего бы советским летчикам финнов бомбить?

    Но самое, пожалуй, убедительное, свидетельство того, что Финляндия заблаговременно подготовилась к войне на стороне немцев, оставил маршал барон Карл Густав Эмиль фон Маннергейм. Взял, да и с северной душевной простотой написал в мемуарах: «Мобилизация, приказ о которой был отдан 17 июня, прошла в соответствии с планом» [Маннергейм КГ. Мемуары. М.: Вагриус, 1999. С. 379].

    Мобилизация — процесс крайне разорительный и разрушительный для народного хозяйства. Проводить мобилизацию просто так, не собираясь вступать в войну, попросту очень глупо. В чем в чем, но в глупости и непрактичности финнов упрекнуть очень сложно. Неужели они бы начали проводить мобилизацию без твердой уверенности в том, что отмобилизованным частям вскоре предстоит вступить в бой?

    Вторым мифом, к сожалению, утвердившимся в нашей публицистике и общественном мнении, является тезис о том, что Финляндия якобы в 1941 г. захватила лишь те территории, которые были утрачены ею в ходе «зимней войны» 1939–1940 гг. На самом деле финны пошли значительно дальше потерянных территорий. В захваченной советской Карелии они создали целую сеть концентрационных лагерей, в которые отправили едва ли не все русское население, включая детей (финская расовая программа базировалась на разделении населения оккупированных территорий по национальному признаку. Родственные финнам карелы и ингерманландцы выделялись ими в особую привилегированную категорию местных жителей). Вот лишь несколько свидетельств о том, что творилось на захваченных финнами территориях.

    «Зовут меня Лодыш Галина Александровна. Я родилась 3 июля 1937 года в Ленинградской области Вознесенского района, село Равское. Жила я там до 1941 года, то есть до начала Великой Отечественной войны.

    Когда началась война, то наше село заняли финны. Всех жителей села погрузили на телеги и увезли нас оттуда. Это было в декабре 1941 года. Везли нас на телегах, и нам было очень холодно. У меня ехали папа, мама, бабушка, брат, который был двумя годами младше меня. Финны нас привезли в Петрозаводск.

    В Петрозаводске было несколько концлагерей, и нас поместили в концлагерь номер пять. Взрослые, папа и мама, конечно, работали, их возили на лесозаготовки. А дети были в лагере. Условия жизни были очень тяжелые: голод, холод. Жили мы в бараках, постоянно недоедали. Родители старались что—то дать нам из своего пайка, но этого все равно нам не хватало. Мой брат умер в концлагере, а я осталась живая…

    Обращение было очень жестоким. Всего не помню, потому что мне было четыре года, но то, что помню, свидетельствует о жестоком обращении. Если дети подбегали к ограждению из колючей проволоки, которое преграждало путь в концлагерь, то их беспощадно избивали. Дети познали ужасы войны, главными из которых были голод и холод» [Лодыш ГА Воспоминания//Интернет-сайт «Я помню»].

    А вот воспоминания Людмилы Александровны Банкет, также пережившей финскую оккупацию:

    «В нашем доме сделали штаб. Там одна женщина ухаживала за ними. У нас корову отобрали, она ее доила. Мама иногда ходила туда, просила молока ребенку. Вот так мы и жили. Потом в нашу деревню стали свозить [людей] со всех деревень: с Кижей, с Великой Губы. Везли на больших машинах. Селили [в бараки], сколько влезет. [Финны] рыли окопы, большие, на Онежское озеро. В один прекрасный день [финны] нам сказали: «Собирайтесь, все оставляйте, никто ничего не унесет, все останется здесь».

    Повезли нас в Петрозаводск через Онегу, зимой… в январе. Машина была ничем не крытая. Нас было пять семей в этой машине. Была я, Аля и мальчик сорок первого года рождения, несколько месяцев от роду. Мы замерзли. Нас отвезли в Петрозаводске на площадь Ленина. С собой мама взяла немного: еды, несколько каких—то вещей. Я помню, у нас была игрушка: мишка плюшевый, большой. Все наши вещи вывалили на площади Ленина. Вещи пересмотрели, этого мишку у нас взяли и не отдали, мы потом долго плакали.

    Нас поместили в какой—то барак, и мы жили на нарах, в лагере. Первый раз мы были в пятом лагере — это Пятый поселок (микрорайон в г. Петрозаводск). Потом мама стала просить, чтобы нас перевели в седьмой лагерь на Куковке (микрорайон в г. Петрозаводск) — там жили все наши родственники. Мама долго болела, лежала. Мы жили с дедушкой, а бабушка жила с папиной сестрой, тетей Диной. Финнам не нравилось, что мы все время есть хотели. Однажды дедушка куда—то ходил за едой, так они его избили за это, так что он долго не мог ходить. Братик умер в сентябре, похоронили в Песках (пляж на берегу Онежского озера). Там была большая яма, и в ней было тридцать или сорок гробов. И дедушку там похоронили… Мы долго жили в Петрозаводске. Потом нас опять перевезли в Сенную Губу. Когда мы приехали туда, все наши дома были распилены, дрова сложены. И нам было негде жить. Мы переехали в старый дом маминых родителей. Там и жили. Много деревень было заминировано, много людей подорвалось. Целая деревня около пристаней Лоукаса была заминирована. И когда люди стали возвращаться в свои дома, вся деревня взлетела…А утром оказалось, что они в очень многих местах поставили мины. И в этот день было столько раненых наших. В домах, под крыльцом, где только не ставили они. Это было, конечно, страшное дело. Вроде как они ушли, но оставили вот такую… А там кто… Ребята, конечно, ребятня…» [Банкет Л А Воспоминания // Интернет-сайт «Я помню»].

    Вспоминает Мария Ивановна Ваганова:

    «Давали норму по триста грамм муки. Коров всех финны у местного населения отняли, забрали они и нашу корову. Голод поэтому был страшный. Так что ни молока, ничего мы не видели весь период оккупации. Уже когда финны ушли, мы свою корову не смогли найти, наверное, финны забили ее на мясо. Мы все время с мамой работали, а сестренки сидели дома — они были еще малы и не могли работать. Потом меня отправили в лагерь, мне тогда было пятнадцать лет. Лагерь был в селе Серевское, неподалеку, в десяти примерно километрах. Там строили дорогу, и я работала на этой дороге: чистила снег, потом копали канавы — все это делалось в Заонежье. Так пришлось работать целую зиму. А после этого стали все чаще муссироваться слухи о том, что скоро наши этих финнов прогонят. И что наши придут. А кормили нас финны кашицей, очень жиденькой, сваренной из ржаной муки и остатков хлеба, недоеденных финнами, и несколько галетин давали. Сытым от такой еды не будешь, и жили мы впроголодь. Одеть тоже было нечего, можно сказать, что мы были голые и босые. А мама надорвалась на пашне. Заставляли пахать землю, а у нее была паховая грыжа. Случился у нее от тяжелой этой работы завороток кишок, а врачей никаких не было, и она так и умерла» [Ваганова М.И. Воспоминания // Интернет-сайт «Я помню»].

    Таисия Андреевна Рогозина:

    «Наказывали они (финны. — Авт.) русских березовой вицей, ее распаривали в горячей воде, и кому по двадцать, кому по двадцать пять ударов. Если кто ходил на поля за колосками, тех поймают и наказывали. У меня маленький брат был, приходилось нянчить, мы никуда не ходили — и розгов не получали.

    Работали женщины под конвоем, рыли канаву, а финны—надзиратели с винтовкой смотрели за ними» [Рогозина ТА. Воспоминания//Интернет-сайт «Я помню»].

    С 1942 г. по первую половину 1944 г. на советско—финском фронте было относительное затишье. Лишь летом 1944 г. у Красной Армии появилась возможность заняться финнами всерьез. 10 июня началась мощнейшая артподготовка, в которой вместе с армейской артиллерией участвовали и орудия Балтийского флота. Финская оборона была дезорганизована, потери некоторых частей составляли до 70 процентов. В ходе июньских боев советским войскам удалось продвинуться на сотни километров, взять Выборг и вынудить финнов уйти из Петрозаводска [Бешанов В. Десять сталинских ударов. Минск: Харвест, 2003. С. 366-373].

    Финны дрались почти с таким же упорством, как в 1939–1940 гг. Но после того, как в августе 1944 г. президент Рюти был вынужден уйти в отставку, а вместо него президентом республики был избран Маннергейм, Финляндии удалось договориться с Советским Союзом. Главное командование финской армии объявило, что прекращает боевые действия по всему фронту с 8 часов утра 8 сентября 1944 г.

    Финляндия должна была признать границу 1940 г. и уступить Советскому Союзу область Петсамо (Печенги), в течение двух месяцев демобилизовать армию, порвать отношения с Германией и взять на себя обязательство разоружить и передать Советскому Союзу в качестве военнопленных все немецкие войска, которые после 15 сентября будут еще оставаться на финляндской территории.

    Но на этом война для Финляндии не закончилась. Договоренность о разоружении немецких войск, которые останутся на финской территории к 15 сентября, привела к военному конфликту между недавними союзниками.

    Типпельскирх так описал произошедшее:

    «Гитлер, не желая уходить из Северной Финляндии, сознательно затягивал эвакуацию. Считаться с финнами, ставшими в его глазах изменниками, он не находил нужным, даже если бы немецкие интересы от этого совершенно не пострадали. Он приказал по—прежнему удерживать оборону по реке Западная Лица на Крайнем Севере и организовать постепенный отход на северо—запад остальных двух корпусов, которые должны были предварительно создать фланговое прикрытие фронтом на юг. Кроме того, он распорядился осуществить внезапное нападение на остров Сур—Сари в Финском заливе, с тем чтобы в дальнейшем использовать этот остров в качестве военно—морской базы. В ночь с 14 на 15 сентября на острове был высажен десант. Однако финны, вынужденные в силу условий перемирия оказать сопротивление, не допустили высадку второго эшелона и при поддержке русской авиации сбросили в море уже высадившиеся немецкие части. Этим и другими недружелюбными актами финны, пытавшиеся до сих пор по возможности не осложнять положение немецких войск, были глубоко оскорблены. В добавление ко всему 15 сентября вступало в силу принятое ими условие интернировать и передать русским все остававшиеся на их территории немецкие части. Осуществить это условие они практически были не в состоянии, тем не менее они должны были, по крайней мере, попытаться, дабы не стать нарушителями условий перемирия и избежать опасности превращения своей страны в поле битвы между немцами и русскими… В начале октября финны высадились в портах Ботнического залива, одновременно перейдя на широком фронте в наступление против немецкого флангового прикрытия с целью отрезать немецкие войска. С юга продолжалось наступление финнов, неоднократно, особенно у Рованиеми, приводившее к напряженным боям с ними» [Типпельскирх К. История Второй мировой войны. СПб.: Полигон; М.: АСГ, 1999. С. 615-617.].

    Немцы всю войну помогали Финляндии как могли. Даже летом 1944 г., сами находясь в катастрофической ситуации, они перебрасывали части на помощь финнам. Но… уже в сентябре 1944 г. им пришлось об этом сильно пожалеть. В общем, как когда—то писал Сергей Михалков о нравах гитлеровских союзников: «Хватит драться за Берлин, Пусть ко дну идет один».

    — Война из-за «путиловской»
    Источник: Книга М.В. Кустова «Наемники фюрера»

    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире
    • Добавить на Яндекс

    • 0
    • 05 сентября 2017, 08:18
    • serega

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2017