Экстремистские белоэмигрантские организации в 1920-30-е гг.
Память История и события

    Политический экстремизм российской эмиграции в 1920-45 гг. поучителен во многих отношениях. Стоит отметить следующее: в 20-30-х годах ушедшего в прошлое XX века предпринимались неоднократные попытки создать за рубежом «Россию № 2», но все они провалились. Почему так произошло? А потому, что политические экстремисты не имели массовой поддержки народов СССР.

    Изучение проблемы белоэмигрантского терроризма невозможно без исследования его организационно-административной составляющей — системы экстремистских военных организаций. В отечественной и зарубежной историографии много писалось о военных обществах и союзах, в частности о РОВС и БРП, однако они изучались, как правило, в отрыве от диверсионной практики, что создавало их искаженный, неполный образ. Между тем именно военные экстремистские организации являлись основой при создании и подготовке диверсионных групп, подборе кадров террористов, в деле выработки реваншистской идеологии, т.е. военные общества российской эмиграции имели самое непосредственное отношение к белому террору, являлись частью этого военно-политического явления. Хочется надеятся, что именно такая постановка вопроса в наибольшей степени будет способствовать достижению научной истины в данной проблеме.

    В 1920-е годы в мире российского зарубежья происходит процесс образования экстремистских военно-политических организаций, ставивших своей целью насильственное свержение советской власти и установление в СССР режима белогвардейской диктатуры, политической задачей которой стало бы осуществление «консервативной революции» т.е. собственно контрреволюции, целью которой являлось осуществление социального реванша эмигрантской элиты: возврат конфискованного в годы революций и гражданской войны 1917-20 гг. имущества, восстановление утраченных прав и привилегий, утверждение идеологии белого дела, формирование новых, подконтрольных руководству экстремистских структур органов государственной власти и т.п.

    Белоэмигрантские экстремистские организации, по замыслу идеологов РОВС, должны были осуществить подготовительную работу: создать агентурную сеть в РККА и советских органах управления, развернуть антикоммунистическую пропаганду на территории СССР, установить контакты с антисоветским подпольем, попытаться развернуть партизанскую войну и антибольшевистские восстания.

    Экстремистские организации российской эмиграции в 1920-40-е годы фактически представляли собой в значительной степени централизованную систему союзов, обществ, боевых групп и диверсионных отрядов, объединенных общей целью — свержение большевистского режима в СССР.

    Эмигрантские экстремистские организации находились под тайным покровительством зарубежных спецслужб, содержавших многие из них «на случай возможной необходимости использования против СССР». При этом правительства многих европейских стран предпочитали не замечать деятельность террористических организаций на своей территории. Например, в 1934 г. в Париже полулегально состоялся Конгресс представителей российских белоэмигрантских фашистских организаций, на котором была принята резолюция об активизации антисоветской деятельности, в том числе об осуществлении диверсионнотеррористических акций. Французская полиция не препятствовала деятельности конгресса, его участникам был разрешен въезд на территорию Франции.

    Организационной основой российского военно-политического экстремизма в 1920-30-е годы являлись союзы и общества, объединявшие вокруг себя военную и политическую эмиграцию, мечтавшую о реванше; самой крупной из них был Русский Обще-Воинский Союз (РОВС), созданный приказом генерала П.Н. Врангеля в 1924 году.

    В 1923 году командование бывшей Русской армии решает опереться на систему сложившихся стихийно в 1920-22 гг. военных организаций («Союз Гаплиполийцев», ВМС и т.п.) и поставить их под свой контроль, что дает ему возможность расширения своего влияния в условиях эмиграции среди огромной российской диаспоры и позволяет представить себя перед мировой общественностью в качестве командования «армии в изгнаньи», т.е. создать видимость наличия у себя военной силы, могущей быть использованной в различных конфликтных внешнеполитических ситуациях, например, в случае новой интервенции против СССР. 8 сентября 1923 г. П.Н.Врангель издает приказ № 82, которым зачислял офицерские союзы и общества в состав армии и передавал их под начало военных представителей главного командования Русской армии в различных странах; одновременно воинскому контингенту, оказавшемуся за рубежом, было предложено:

    1. всем офицерам, считающим себя в составе армии, записаться в один из офицерских союзов, состоящих при военных агентах или военных представителях в данной стране.
    2. всем офицерским союзам, считающим себя в составе армии, выйти из состава всех политических организаций.
    Поставив главной задачей сохранение армейской организации, генерал П.Н.Врангель исходил из того, что статус и условия существования воинских контингентов в эмиграции требуют особого подхода. Отвечая в сентябре 1924 года на запросы различных политических организаций российского зарубежья и корреспондентов иностранных газет, генерал П.Н.Врангель утверждал, что «образование РОВС подготавливает возможность на случай необходимости, под давлением общей политической обстановки, принять Русской армией новую форму бытия, в виде воинских союзов». 1 сентября 1924 г. он пишет приказ об образовании Русского Обще-Воинского Союза (РОВС), согласно которому в РОВС включались все воинские части, а также «военные общества и союзы, которые приняли его к исполнению». При этом внутренняя жизнь отдельных организаций сохранялась в неприкосновенности; сам же РОВС выступал в роли объединяющей их структуры. Во главе РОВС встал бывший главнокомандующий Русской армией генерал П.Н.Врангель. Практически сразу же с момента своего образования РОВС попадает в зону пристального внимания советских и зарубежных спецслужб. «Главной заботой парижской резидентуры ОГПУ… стало наблюдение и разработка активных действий против РОВС», — отмечал один из руководителей советской разведки.

    Руководство Русской армии в 1923 году принимает меры к тому, чтобы отвлечь внимание мировой общественности, а также советских спецслужб от воинских контингентов, размещенных на Балканах: для этого 1-й армейский корпус был переименован в Галлиполийскую группу, разделяющуюся на отделы: Корниловский, Марковский, Дроздовский и Алексеевский, с этой же целью «уничтожены бланки частей, и вся переписка, даже и серьезного характера, ведется на простой бумаге лишь с указанием даты, номера и места отправления бумаги; в частях повседневные строевые приказы отменены и издаются лишь хозяйственные и секретные приказы, которые не распространяются и на места работ не высылаются». Согласно распоряжению генерала П.Н. Врангеля при РОВС составлялись ежемесячные информационные сводки, в которых содержались приказы и распоряжения руководства РОВС, освещалась жизнь военных организаций, публиковались экстремистские лозунги и призывы к белому террору, давался обзор положения в СССР. То, каким хотели бы видеть РОВС его руководители, было высказано во время визита генерала Е.К. Миллера в Болгарию: "… РОВС нельзя уже мыслить в пределах его членов — это действенное волевое ядро русской эмиграции, вокруг которого группируется все больше и больше общественных организаций". Однако эта мечта была далека от действительности. Формальный запрет на политическую деятельность для военных эмигрантов отталкивал от РОВС другие политические организации, и фактически РОВС оказывался во все большей и большей изоляции!

    В 1922 году генерал П.Н.Врангель сделал заявление представителям сербской печати, в котором определил численность своей армии в 50.000 человек, включая отряды балаховцев и перемыкинцев, расположенные в Польше и формально ему подчиненные. По данным штаба командования Русской армии в 1925 г. РОВС насчитывал в своих рядах 40.000 человек.

    На протяжении 20-30-х годов количество организаций, вступивших в РОВС, постоянно увеличивается (при уменьшении общего количества его членов). В 1927 г. руководство Союза отмечало, что организации, «уклонявшиеся поначалу от вхождения в РОВС, постепенно в него входят: в РОВС вступили „Союз русских офицеров, участников войны, проживающих в Бельгии“, „Объединение во Франции служивших в 4-й стрелковой (“железной») бригаде"!.. К концу 30-х годов РОВС распространил свое влияние почти на все страны мира, в которых имелись российские белоэмигрантские организации. Приказом руководства РОВС от 18 апреля 1931 г. были введены личные карточки и книги учета личного состава членов военных организаций, входящих в состав РОВС.

    1-й отдел РОВС имел формирования в Англии, Дании, Голландии, Норвегии, Италии, Египте, Сирии; 2-й отдел распространял свою деятельность на территорию Германии, Австрии, Венгрии, Латвии, Эстонии, Литвы, а также Данциг; 3-й отдел действовал в Болгарии и Турции; 4-й — в Югославии, Греции и Румынии; 5-й — в Бельгии и Люксембурге; 6-й — в Чехословакии.

    Существовали также Дальневосточный отдел, два отдела в США, один в Южной Америке, Канадский отдел и отделение в Австралии.

    Административное управление РОВС состояло из отделов во главе с начальниками, непосредственно подчиненными главнокомандующему. По уставам офицерских союзов и обществ их председатели являлись исполнительными лицами, избиравшимися коллективом. Однако вследствие распространения на такие общества действия приказа № 82 им приходилось воплощать в жизнь указания, идущие от командования РОВС. Это порой вызывало конфликты, и хотя центральные органы РОВС и, местные военные общества, в основном, находили в итоге взаимоприемлемые решения, вскоре председатели правлений стали назначаться приказом руководства РОВС. Средством влияния командования РОВС на местные воинские организации стало выделение денежных субсидий для содержания их руководящих органов.

    Союз получил свое организационное завершение в декабре 1924 г., когда великий князь Николай Николаевич «принял на себя верховное, через главнокомандующего, возглавление русского зарубежного воинства». 16 ноября 1924 года великий князь Николай Николаевич прислал главнокомандующему Русской армией генералу П.Н. Врангелю распоряжение, в котором, в частности, заявлял: «Для полного объединения в моем лице всех военных… принимаю на себя руководство, через главнокомандующего, как армией, так и всеми военными организациями». Согласно данному распоряжению все начальники отдельных воинских частей, военных организаций и военно-учебных заведений должны были назначаться непосредственно великим князем Николаем Николаевичем.

    Юридическое положение Русской армии и других белых военных формирований за рубежом было весьма сложным: законодательства Франции, Польши и ряда других стран, на территории которых они располагались, не допускали существования каких-либо иностранных организаций, «имеющих вид устроенных по военному образцу соединений». В уставах военных обществ заявлялось об исключительно благотворительной и историко-мемориальной деятельности, а отделы РОВС должны были всячески публично подчеркивать свою деятельность по оказанию материальной помощи нуждающимся белоэмигрантам: военным инвалидам, нетрудоспособным и членам их семей. Военнополитическая, экстремистская деятельность РОВС и подконтрольных ему организаций тщательно скрывалась его руководством.

    Финансовые средства РОВС складывались из сумм, находившихся в распоряжении командования Русской армии (к середине 20-х годов уже совершенно истощившихся), вывезенной за границу Ссудной казны, определенные средства получались от Совещания послов. Одним из путей сбора средств для обеспечения жизнедеятельности эмигрантских обществ являлась организация сбора пожертвований среди населения страны размещения и самих русских колоний. Так, один из руководителей РОВС генерал-лейтенант Лукомский предписанием от 21-го мая 1926 г. за № 48 поручил генерал-майору Бурлину «сбор средств на Дальнем Востоке в Особую казну». Вскоре Бурлин донес в Правление РОВС, что комитеты по сбору средств в Особую казну организованы им в Шанхае, Циндао, Мукдене, Тиньцзине, в «Русской группе» войск маршала Чань Дзо Линя в Чань-Чуне.

    В апреле 1927 г. великим князем Николаем Николаевичем было передано Главному правлению Зарубежного Союза русских военных инвалидов 7.050 долларов, пожертвованных гражданами США. Был создан также «Фонд спасения России князя Николая Николаевича Романова» («Особая казна для ведения политической работы по связи с Россией»).

    Однако руководство РОВС не смогло найти серьезных источников финансирования своей организации: в мировом сообществе отсутствовали силы, готовые финансировать правоконсервативную экстремистскую организацию, выступающую за воссоздание Российской империи и за возрождение ее роли как одной из сверхдержав в мире. В подобной ситуации единственными средствами РОВС стали крайне незначительные членские взносы и пожертвования, которых было недостаточно для развертывания широкомасштабной политической деятельности.

    Несмотря на официальный отказ от политической деятельности, руководство РОВС предпринимало вполне конкретные попытки повлиять на развитие событий в СССР. Именно эта сфера его деятельности привлекала особое внимание советских спецслужб.

    Представляет особый интерес проблема взаимоотношений РОВС с другими политическими партиями и общественными организациями российской эмиграции. Его позиция в этом вопросе определялась следующими принципами:

    1. «неучастием в политической жизни», запретом членам РОВС состоять в каких-либо политических партиях или организациях. В то же время для лиц, не состоявших формально в составе частей Русской армии, руководство РОВС не считало возможным ставить «ограничения относительно их политической деятельности, каковые установлены для всех чинов армии». (Участие членов РОВС в деятельности террористических организаций являлось «неформальным», т.е. осуществлялось тайно, «без санкции руководства», т.е. официального разрешения председателя РОВС);
    2. моральной поддержкой правых (в основном — монархических) организаций РОВС;
    3. резкой конфронтацией с левыми и коммунистическими организациями, более умеренным противостоянием центристским и социально-демократическим партиям — кадетам, меньшевикам. (Конфронтация с ними усиливалась по мере роста монархических и реваншистских настроений в эмиграции).
    Председатель РОВС генерал А.П.Кутепов писал главе Дальневосточного объединения российской эмиграции генералу Хорвату в 1929 году: «Что касается взаимоотношений РОВС с главнейшими политическими и общественными группировками, находящимися в Европе и признававшими великого князя Николая Николаевича, то после кончины его императорского величества, я, как председатель РОВС, получил от них заверения, что РОВС будет ими всемерно поддерживаться, а я могу твердо рассчитывать на их сотрудничество». В свою очередь, генерал А.П. Кутепов заявлял, что все политические и общественные организации, руководствующиеся в своей деятельности идеями и принципами белого движения, встретят со стороны РОВС и его руководства полную поддержку. Такая позиция РОВС открывала ему дверь к сотрудничеству с экстремистскими организациями самого различного толка: фашистскими, националистическими и террористическими группами, имевшими связи и с криминальным миром.

    Генерал А.П. Кутепов заявлял, что РОВС «не может стать орудием в руках какой-либо политической партии; в этом смысле он должен оставаться строго аполитичным». Подобная позиция вполне объяснима желанием руководства РОВС, прежде всего генерала А.П.Кутепова, удержать власть над организацией в своих руках. В том же письме к Д.Л.Хорвату он буквально на следующей странице пишет: "… являясь самой крупной из всех зарубежных организаций и представляя из себя моиолитное объединение дисциплинированных и умеющих владеть оружием людей, подчиненных единой воле, РОВС представляет из себя крупную политическую силу". В то же время стремление преувеличить силу РОВС и степень его влияния в эмигрантском мире было характерно для его руководства, надеявшегося получить западные денежные субсидии на подготовку новой интервенции против СССР.

    Советская разведка располагала информацией о тайных связях генерала П.Н.Врангеля с российскими монархистами, признававшими его «вождем русской армии». В частности, отмечалось, что представители П.Н.Врангеля участвуют в различных монархических совещаниях в качестве полноправных членов. Сам П.Н.Врангель не отказывается от своих монархических убеждений, но открещивается от монархических лозунгов «для армии, которая ставит себе задачей свержение большевизма, для обеспечения народу свободного волеизъявления по вопросу о будущей форме государственного устройства России». Например, руководство Высшего монархического совета заявляло, что «все усилия монархические объединения направляют на сохранение тех кадров будущей императорской российской армии, которые представляют собой уцелевшие за рубежом кадры этой армии», а также, что ВМС держит с РОВС «тесную связь и помогает ему во всех его полезных начинаниях». Однако в действительности отношения РОВС и ВМС не пошли дальше личных контактов между их руководителями.

    В 1927 году РОВС продолжает развиваться, втягивать в себя все более или менее заметные военные организации и группы офицеров; к этому времени в него не вошли лишь организации, открыто включившие в свои программы политические лозунги, а также воинские организации, находившиеся в сфере влияния великого князя Кирилла Владимировича, т.н. «кирилловцы». В политическом отношении РОВС продолжал сохранять верность принципу неучастия в политической деятельности. Руководство РОВС ревниво охраняло свою организацию от влияний извне; однако, несмотря на формальное неучастие в политической борьбе, члены РОВС имели собственные политические взгляды, которые высказывали в своей среде. На протяжении 20-30-х годов наблюдается общее поправение их взглядов, рост монархических и реваншистских настроений, увлечение теорией и практикой фашизма (на примере Италии и Германии). Вокруг РОВС группировались также некоторые непартийные политические деятели консервативно-националистического направления. Руководство РОВС, исходя из собственного положения о том, что в ближайшее время должен был начаться новый этап гражданской войны в СССР, пыталось сохранить военные кадры для будущей российской армии, а также создать на территории СССР «пятую колонну», имевшую своей целью нанести большевистскому режиму в «час X» удар в спину.

    В подобной ситуации особое значение приобретал вопрос учебнодиверсионной подготовки белоэмигрантских экстремистов. Циркуляр РОВС, посвященный проблеме организации военно-научной работы эмиграции, ставил перед военными обществами следующие задачи:

    1. открытие во всех центрах сосредоточения большого числа офицеров — офицерских собраний;
    2. поддержка (финансовая) журнала «Военный сборник»;
    3. возобновление прекращенного издания «Информационный еженедельник»;
    4. дальнейшее финансирование Военной библиотеки в Белграде, когда прекратятся отпуски от Главного командования;
    5. приискание средств для продолжения ежегодных конкурсов на темы по военно-научным вопросам (начиная с будущего 1925 года);
    6. изыскание средств для размножения докладов, делаемых в обществах, а также премированных на конкурс сочинений;
    7. расширение курсов заочного преподавания профессора генерал-лейтенанта H.H. Головина.
    Во внутренней документации РОВС идея скорого возвращения на родину не ставилась под сомнение: «Русский Обще-Воинский Союз (РОВС), включающий в свой состав до 40.000 человек, является самой мощной организацией за рубежом… При этом представляется имеющим лишь технический интерес вопрос о том, каким порядком это зарубежное воинство вернется на родину, в организованных ли соединениях воинского типа, в форме ли партизанских добровольческих частей, или даже постепенно просочится в одиночном порядке, приспособляясь к существующему режиму и ища лишь случая содействовать его изменению или свержению».

    ПРОДОЛЖЕНИЕ...


    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире

    • 0
    • 16 марта 2013, 09:13
    • varnava

    Комментарии (0)

    RSSсвернуть / развернуть

    оставлять комментарии можно только в полной версии сайта

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2021