Коллаборационизм и предательство: административный аппарат «Локотской республики»
Память История и события

    … ПЕРВАЯ И ВТОРАЯ ЧАСТИ

    Для управления Локотским особым округом была создана система административных органов в районах, волостях и селах. Формирование административного аппарата было поручено Мосину, который с энтузиазмом приступил к выполнению этого задания, и следует отметить, что с поставленной задачей он справился хорошо настолько, насколько позволяли условия военного времени и работы на оккупированной территории.

    Мосин принял за основу советский принцип районирования, т. е. оставил границы административных районов по состоянию на 1929 г., когда была завершена административно-территориальная реформа. Для облегчения управления районы делились на волости примерно в тех границах, которые существовали до этой реформы. В каждом районе было по 5–6 волостей. Волости охватывали несколько сел и деревень с их земельными угодьями и насчитывали приблизительно по 10 тыс. человек. Во главе районов стояли бургомистры, в волостях — старшины. Всех этих лиц подбирал лично Мосин, и после утверждения Каминским они приступали к выполнению своих обязанностей. В селах и деревнях были сельские или деревенские старосты, избиравшиеся самим населением по рекомендации волостного старшины или из числа самовыдвиженцев. Это были действительно выборы, что давало возможность партизанам ставить на должности старост своих людей и помогать им расти по службе для проведения более эффективной разведывательной работы. Поэтому среди старост оказалось немало тех, кто был связан с партизанами или действовал по их прямым указаниям.

    В окружном самоуправлении Мосин организовал отделы: административный (полиция), плановый, финансовый, земельный, заготовок и снабжения, лесного хозяйства, просвещения, ветеринарии, социального обеспечения, агитации и пропаганды, здравоохранения, промышленный, дорожный, связи, торговый, юстиции, контроля и труда (биржа труда). Начальников отделов подбирал Мосин, а утверждал Каминский. За образец была взята структура советских районных исполнительных комитетов, причем, некоторые начальники отделов заняли те же должности, на которых находились и при советской власти. К работе вернулась и часть сотрудников аппарата райисполкома.

    Земельные наделы получили сотрудники окружной, районных и волостных администраций, бойцы вооруженных отрядов. Пахотная земля была поделена по едокам. Каминский сделал попытку вернуть ранее конфискованное недвижимое имущество его бывшим владельцам, в частности, мельницы. Против этого акта категорически возражал Мосин. Он обставил приказ Каминского такими дополнениями, что мельники сочли за благо отказаться от своих мельниц в пользу крестьянских обществ, чего, собственно, и добивался заместитель обер-бургомистра.

    «В своей практической деятельности и политике в деревне я всегда держал курс на трудолюбивого мужичка, честного по отношению к государству, работающего в своем хозяйстве собственным трудом, любящего землю, на которой не покладая рук создает материальные блага для роста своего хозяйства и развития общества, — писал Мосин в собственноручных показаниях в апреле 1946 г. — Я любил таких мужичков, беседовал с ними».

    «Немецкие власти всячески поощряли проводимую нами работу в их пользу, — говорил он на следствии. — Нам это льстило, и мы стремились к еще большей активной борьбе против советского государства. Стремление к власти и желание выслужиться перед немцами толкало нас к различным изощренным методам и действиям, лишь бы это шло в угоду немцам. О доверительном отношении к нам со стороны немецких оккупационных властей может свидетельствовать факт преобразования в июле 1942 года Локотского уезда в самостоятельный административный округ в составе: Брасовского, Навлинского, Комаричского, Севского, Суземского, Михайловского, Дмитриевского и Дмитровского районов». Последние три района по довоенному территориальному делению входили в состав Курской области. Несколько позже в состав Локотского округа вошел Михайловский район.

    Результаты работы каждого отдела во многом зависели от руководства: одни начальники всерьез взялись за построение «Новой России», другие — не проявляли инициативы. Поэтому первые заслуживали поощрения, а вторые подвергались критике.

    Высокую оценку получил плановый отдел Локотского самоуправления, который возглавил М. Г. Васюков, бывший до войны начальником планово-экономического отдела Брасовского райисполкома. Оставленный как коммунист и ответственный работник для ведения партизанской войны в тылу врага, Васюков в силу ряда обстоятельств покинул партизанский отряд, вернулся в Локоть, был арестован полицией и в конечном счете, после недолгого разговора с Мосиным, поступил на службу новой власти. Он пользовался особым расположением Каминского. Такое отношение было обусловлено тем, что незадолго до войны комиссия райкома и райисполкома, проверив положение дел на Локотском спиртзаводе, выявила множество недостатков, за которые Каминскому, как главному инженеру, к тому же ранее репрессированному, грозили крупные неприятности. Васюков провел повторную проверку и вынес заключение в пользу Каминского.

    В округе существовал отдел труда. Ввиду того, что промышленности в округе почти не было, а были лишь мастерские, отдел в целях экономии средств решили сократить, сохранив биржу труда, в аппарате которой ввели должность инспектора по труду. Начальником биржи труда был утвержден Г. Михеев, бывший военнопленный. Он разработал положения о труде, об охране труда и о системе его оплаты, об отдыхе рабочих и т. д. В его обязанности входили регистрация рабочей силы и ее предоставление по требованию окружного самоуправления, разрешение конфликтов между рабочими и администраторами, содействие повышению квалификации рабочих.

    Учету на бирже труда подлежали все безработные граждане от 16 лет, не наделенные землей, без постоянной работы и не занимающиеся кустарным промыслом. От учета освобождались домохозяйки, женщины, имеющие детей дошкольного возраста, престарелые, явные инвалиды и полицейские. Всем лицам, обладавшим правом найма и увольнения, набор рабочей силы разрешался только по заявкам через биржу труда. Увольнение работника также должно было согласовываться с биржей. Уклонившийся от регистрации на бирже труда в первый раз наказывался штрафом в размере 300 рублей, а за вторичную неявку подвергался принудительным работам на срок до 6 месяцев.

    На территории Локотского особого округа основным платежным средством был советский рубль. Купюрами с портретами Ленина, с изображениями «сталинских соколов», красноармейцев и шахтеров выдавались зарплата и премии, с их помощью осуществлялись товарно-денежные отношения и т. п. Денежными потоками распоряжался финансовый отдел округа. Финансовая система функционировала без перебоев, и недостатка в денежных знаках округ не испытывал.

    Бюджет складывался из налогов на население округа. По свидетельству Васюкова, денежный налог брали с построек, по всем видам сельхозпродуктов, со скота, с птицы, с отхожего промысла. В среднем с каждого хозяйства брали около 600 рублей налогов в год, кроме того, брали страховку от пожара, но погорельцам деньги никогда не выдавали. Все эти средства оседали в банке и шли на нужды самоуправления, содержание полицейских отрядов по борьбе с партизанами: «Грабили население все, кто мог, начиная от рядового полицейского и кончая самим Каминским. За время существования бригады Каминского было истреблено только одного рогатого скота 5000 голов, не меньше, плюс к этому уведено в Германию около 4000 голов, не считая свиней, овец и птицы».

    Скот и птицу главным образом отбирали у семей партизан и лиц, связанных с ними: «Обычно, когда становилось известно о том, что тот или иной житель деревни находится в партизанском отряде или помогает им, то его семья подвергалась ограблению, забирали все: скот, птицу, продукты и даже одежду. Все вещи, награбленные у населения, хранились в специальном складе у Каминского, который выдавал их своим приближенным».

    В отличие от других оккупированных территорий Советского Союза, из Локотского особого округа вплоть до эвакуации в сентябре 1943 г. не было принудительных угонов населения в Германию. Каминский был против этого, поскольку абсолютное большинство бригады РОНА состояло из жителей Локотского особого округа, и насильственный угон родственников бойцов из этого вооруженного подразделения повлиял бы на их моральное состояние. Немцы это понимали и приказов о принудительной мобилизации населения на каторжные работы в Германию Локотскому особому округу не давали.

    В то же время в окружной газете «Голос народа» изредка появлялись объявления о вербовке рабочей силы в Германию для строительных, сельскохозяйственных, горных, железнодорожных и других работ. Чтобы добровольцев было больше, в той же газете публиковались открытые письма о райской жизни в третьем рейхе.

    Каминский надеялся, что после победы Германии в войне в России будет создано русское национальное правительство, в котором немцы предоставят руководителям Локотского округа министерские посты.

    Руководители отделов Локотского окружного самоуправления в разговорах между собой и Каминский в официальных выступлениях, опубликованных в газете «Голос народа», называли Локотский особый округ «государством». Они представляли себя государственными деятелями будущей «Новой России», в которой будут установлены фашистские порядки и законы гитлеровской Германии.

    Административный отдел Локотского особого округа, координировавший деятельность полицейских подразделений, возглавлял местный житель Р. Т. Иванин. По определению Мосина, это был человек бездарный и плохо разбиравшийся в политике и обстановке. Тем не менее, Иванин организовал сбор оружия, оставленного Красной Армией, создал заставы, которые состояли из небольших групп полицейских, во всех селах в лесной местности. При появлении в этих деревнях партизан их арестовывали или расстреливали.

    Чтобы отличаться от партизан, полицейские носили повязки, похожие на эсэсовские: красные с белым кругом, в центре которого находился черный крест с расширяющимися концами. За это они получили название «чернокрестники».

    Кроме того, Иванин через начальника лесного отдела самоуправления А. И. Михеева  обязал лесничих, объездчиков и лесников информировать его о замеченных в лесу партизанах. Некоторые подчиненные Михеева добросовестно сообщали ему о том, что видели партизан, от других за все время существования Локотского особого округа никакой информации не поступило. Михеев передавал сообщение Иванину, тот высылал в указанное место полицейский отряд, но партизаны часто успевали скрыться. Бывали случаи, когда работники лесхоза, встретив партизан, информировали их об обстановке в Локотском округе.

    Поселки Локотского особого округа были сравнительно небольшими по численности населения, здесь люди хорошо знали друг друга, советских активистов и фашистских пособников, кто из какой семьи ушел в Красную Армию, в партизаны, в бригаду РОНА, в полицию. Кроме того, была проведена регистрация и паспортизация населения. В таких условиях партизанская разведка была крайне затруднена.

    Террор в отношении партийно-советского актива, работников НКВД, милиции, лиц, сочувствующих партизанам, не говоря уже о них самих, начался в первые же дни пребывания Воскобойника у власти.

    Полицейские и партизаны внешне ничем друг от друга не отличались, если не считать красно-бело-черных повязок на рукавах у первых и звездочек и красных полосок на головных уборах у вторых. Полицейские под видом партизан приходили в другую деревню и просили заподозренного в связях с партизанами составить список немецких пособников. Тот составлял, после чего полицейские его расстреливали.

    Отдел юстиции был создан для придания законности деятельности администрации Локотского окружного самоуправления. Начальником отдела был назначен В. Тиминский — бывший студент-юрист, который разработал специальный «Кодекс», или, как его все называли, «Перечень преступлений», состоявший из 45 статей. Впоследствии он был расширен и стал насчитывать 150 статей. «Перечнем» руководствовались при разборе гражданских дел, уголовных и политических преступлений. Статья 45 предусматривала высшую меру наказания и применялась к партизанам и лицам, связанным с ними. В отдельных случаях по статье 45 карались мародерство и грабежи. Максимальный срок наказания составлял 10 лет.

    Через некоторое время было установлено, что Тиминский по национальности еврей, и вскоре он пропал. Вероятно, его постигла участь большинства еврейского населения.

    Отделом юстиции были организованы волостные суды, которые руководствовались отдельным положением и рассматривали дела гражданского характера, а также районные суды, рассматривавшие уголовные преступления легкой и средней тяжести. Окружной суд занимался всеми гражданскими делами.

    Отдел юстиции проводил расследования по всем видам преступлений от гражданских до политических. В его ведении находились все арестованные, содержавшиеся в Локотской тюрьме.

    С образованием военно-следственного отдела бригады РОНА в его ведение перешли функции отдела юстиции по расследованию террористической и диверсионной деятельности со стороны партизан. В ведение окружного суда, который подчинялся непосредственно обер-бургомистру, было передано расследование гражданских дел.

    Периодически назначались военно-полевые суды (трибуналы), занимавшиеся в основном разбором дел партизан, подпольщиков и лиц, связанных с ними. Военно-полевые суды обычно работали в период проведения операций бригады РОНА против партизан. О наиболее громких процессах извещал «Голос народа». Приговоры утверждались обер-бургомистром, и, зная мнение Каминского, суды обычно подгоняли деяние под ту или иную статью «Перечня преступлений».

    Председателем заседания военно-полевого суда обычно назначали Мосина. Летом 1942 г. военно-полевой суд под его председательством рассмотрел дела 10 пленных партизан. Четверо из них были партизанами Курской области и были захвачены, когда направлялись для установления связи с партизанами брянских лесов. При задержании у них были изъяты пистолеты и гранаты. Трое задержанных, среди которых была женщина, обвинялись в том, что, находясь в тылу бригады РОНА, передавали партизанам сведения о дислокации подразделений РОНА, о системе обороны и видах вооружения. Трое задержанных лиц обвинялись в том, что были подрывниками-минерами. Все они были приговорены к смертной казни через повешение.

    Если эти партизаны были осуждены с соблюдением видимых уголовно-процессуальных норм, то бессудные расстрелы и повешения, не говоря уже о пытках и избиениях арестованных и подследственных, в населенных пунктах Локотского округа совершались бессчетно. Широко практиковались расстрелы заложников после покушений на лидеров Локотского самоуправления. В январе 1942 г., после убийства Воскобойника, и в марте и августе, после покушения на Мосина и Каминского, были расстреляны до 100 человек.

    Начальник полиции Иванин, по определению Мосина, злой и мстительный человек, избивая очередную жертву, обычно приговаривал: «А помнишь?». Полицейские избивали задержанных шомполами, палками, резиновыми дубинками, зажимали пальцы дверью. Иногда допрашиваемому давали 200–250 г водки, и если он после этого не начинал говорить, его жестоко избивали. Женщин насиловали.

    Мосин, возмущавшийся действиями Иванина, считал, что начальник полиции и его подручные только дискредитируют «новый порядок» и способствуют росту партизанского движения в Локотском округе. В конечном счете он поставил перед Каминским вопрос ребром: «Я или Иванин». В июле 1943 г., перед самой эвакуацией в Лепель (районный центр Витебской обл.), обер-бургомистр заменил Иванина Ю. Воскобойником — младшим братом основателя Локотского самоуправления.

    Еще более зловещей фигурой был начальник военно-следственного отдела бригады РОНА Г. С. Процюк, бывший заключенный, появившийся в Брасовском районе незадолго до войны. По свидетельству Васюкова, только при упоминании фамилии Порцюка людей бросало в дрожь. Под стать ему был и его адъютант — А. Шавыкин, сын начальника штаба бригады РОНА. Мосин настоятельно рекомендовал отцу Шавыкина убрать его от Процюка, чтобы спасти от окончательного разложения. Шавыкин-старший в ответ заявил, что и сам не знает, что делать с сыном.

    Окружная тюрьма в Локте была создана в первые недели оккупации и сначала располагалась в общежитии лесохимического техникума, затем, с августа 1942 г. — в конюшне конезавода № 17. Она имела 9 камер, в том числе одну одиночную. В 8-й камере содержались солдаты бригады РОНА, арестованные за различные проступки. Камеры были рассчитаны на 8–20 человек, на самом же деле в них было гораздо больше задержанных. Опрошенный в качестве свидетеля И. К. Бородин, содержавшийся в Локотской тюрьме с октября 1942 г. по август 1943 г. по подозрению в связях с партизанами, рассказал: «В тюрьме была большая скученность и теснота. В камерах можно было только сидеть или стоять. Были случаи заболеваний сыпным и брюшным тифом. Завшивленность повальная. Питание плохое. Выдавали 400 грамм хлеба и один раз в сутки несоленой баланды. В партизанских камерах выдавали по 200 грамм хлеба. Администрация и охрана тюрьмы с советскими гражданами, содержащимися в тюрьме, обращались грубо».

    Локотской тюрьмой с  августа 1942  по март 1943 гг. руководил, пока не был снят за систематическое пьянство, Г. М. Иванин — родственник начальника полиции, назначенный на должность по его протекции. Любимым выражением Иванина было: «Я всех этих мерзавцев-партизан перестреляю». И слова не расходились с делом: после каждого расстрела он подавал Каминскому рапорт, который начинал словами: «Сегодня лично мною расстреляны…», и дальше перечислял фамилии.

    Расстрелами и повешениями занимались и другие сотрудники тюрьмы. Туда часто наведывался и сам обер-бургомистр, особенно в те дни, когда приводили пленных партизан. Он лично принимал участие в допросах с применением пыток. С той же целью тюрьму посещали и сотрудники гестапо.

    Расстрелы производились вблизи Локотского кладбища, в 300–400 м от тюрьмы, в котловане, где при каждом случае расстрела вырывались отдельные ямы, в которых закапывались казненные. Кроме того, практиковалась передача пленных партизан и подпольщиков (по 1–3 человека) из тюрьмы в полки бригады РОНА, где их расстреливали — так Каминский «связывал кровью» вновь зачисленных бойцов. Наиболее массовые казни были проведены в марте, при подходе Красной армии к Севску (районному центру Брянской обл.), и августе 1943 г. (перед эвакуацией в Лепель).

    Повешения производились на виселице, стоявшей возле тюрьмы. Впрочем, вешали не только на этой стационарной виселице, но и на деревьях. Свои виселицы, установленные на базарных площадях и центральных улицах, имелись и в райцентрах Локотского округа.

    ПРОДОЛЖЕНИЕ...


    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире
    • Добавить на Яндекс

    • 0
    • 27 февраля 2013, 04:35
    • varnava

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2018