Последний бой танкера «Донбасс»
История и события

    7 ноября исполнилось 74 года как героически погиб выдающийся советский разведчик-нелегал Арнольд Дейч. Имя Арнольда Генриховича Дейча прочно ассоциируется с легендарной «Кембриджской пятеркой», по оценке бывшего директора ЦРУ Аллена Даллеса, «самой сильной разведывательной группой времён Второй Мировой войны». Кто такой Ким Филби, знают, кажется, даже не только те, кто интересуется историей разведки. Уже немало известно и о том, кто новаторски для советских спецслужб начал делать ставку на вербовку перспективной агентуры – студентов английского Кембриджского университета. По собственным словам Арнольда Дейча, «диплом такого университета открывает двери в высшие сферы государственной и политической жизни страны». Но в тени подвигов разведчика на «невидимом фронте» традиционно остается драматическая история его финальной открытой схватки с нацизмом в холодных водах Баренцева моря, ставшего местом его вечного упокоения в точке с координатами 76°25" северной широты, 45°54" восточной долготы.

    Арнольд Дейч работал красиво и умер красиво. Когда читаешь написанное им собственноручно, складывается впечатление, что разведчик и сам предпочел бы погибнуть в открытом бою. Спортивный, подтянутый, азартный – знавшим его казалось, что он готов к схватке всегда, хотя известно, что осторожности в работе ему было не занимать. Известное выражение «на миру и смерть красна» — это, как раз, про него. Пусть мир и узнал о нём, о его жизни и смерти, много лет спустя.

    …В июне 1942 года начальник 1-го Управления ГУГБ НКВД СССР Павел Фитин получил из Тегерана довольно эмоциональное письмо от известного ему Стефана. «Уважаемый товарищ Фитин! Обращаюсь к Вам, как к начальнику и товарищу… – взывал к руководителю советской внешней разведки его подчиненный Стефан Ланг, ранее носивший имя Арнольд Дейч. — …Если не считать 3 месяцев, проведенных на пароходе и в Индии, где я всё же что-нибудь да сделал для нашего общего дела, я ничего полезного для войны не сумел осуществить… Разрешите мне вернуться в СССР и пойти на фронт для выполнения непосредственной для войны работы… С лучшим приветом Стефан».

    Знать бы Стефану тогда, что и полгода не пройдёт, как осуществится это его желание выполнять «непосредственную для войны работу». Желание, являвшееся табу для всех без исключения разведчиков-нелегалов – встретиться с врагом в открытом бою. Трудно сказать, поколебалась ли его вера в первое в мире государство рабочих и крестьян после того, как он, его жена и дочь получили советское гражданство, особенно, если принять во внимание горькую московскую участь его товарища-нелегала Теодора Малли, изменение германской политики СССР в 1939 году, да вот такие резолюции предшественника Павла Фитина Владимира Деканозова: «Стефана надо хорошо проверить, а не учить языкам».

    Но в чём можно быть абсолютно уверенным, так это в том, что, какие бы мысли на этот счёт не одолевали, возможно, разведчика, его внутренняя антифашистская позиция в те непростые и особенно опасные для таких, как он, предвоенные годы, не испытывала никаких политконъюнктурных колебаний. Когда же вскоре пришёл его час встретиться с нацизмом лицом к лицу, он не кричал «Хайль, Гитлер!», барахтаясь в ледяной воде и пытаясь ускорить свое спасение, как кое-кто из экипажа потопленного в тот же день, что и его танкер «Донбасс», СКР-78, а разделил судьбу судна, навеки оставшись в морских глубинах. Его история – это история страны, которой он служил. Непревзойдённые достижения на ниве внешней разведки, а затем незаслуженное забвение, что по тем реалиям было еще не так плохо. А дальше – героический парадокс: возвращение в разведку, так и не ставшее триумфальным из-за фатального невезения, финалом которого стал… боевой подвиг!

    * * *


    В том, что экипаж танкера совершил именно подвиг, поводов сомневаться нет, но есть довольно существенные разночтения в его подробном изложении различными источниками. Строго говоря, «Донбасс» изначально следовало бы квалифицировать как вооруженный транспорт, но что это было за вооружение? На рейдирующий вспомогательный крейсер явно не тянуло. Установленные в конце марта в порту Нью-Йорка две 76-мм полуавтоматические зенитные пушки М-3 и пулеметы против 150-мм орудий главного калибра и торпед его противника – немецкого эскадренного миноносца Z-27. Да и скорость не позволяла уйти от быстроходного немца, способного развивать более 35 узлов. Но, возможно, когда капитан «Донбасса» Виталий Эмильевич Цильке скомандовал «к бою!», не было на его борту человека, более страстно желавшего этого самого боя, как Арнольд Дейч.

    Ведь мытарства разведчика продолжались и после возвращения из Тегерана. Рядом источников, почему-то, проигнорирован факт его немедленного отзыва в Москву после июньского письма Павлу Фитину, а также сведения, не позволяющие усомниться в прозорливости главы советской внешней разведки. В самом деле, если вдуматься, какой резон был Фитину держать разведгруппу в Центре большую часть лета и осени 1942 года, с тем, чтобы отправить её в столь труднодостижимую Аргентину на судне, совершающем одиночное, так называемое «капельное», плавание вдоль кромки льда, к которому СССР и его союзники были вынуждены прибегнуть после трагедии конвоя PQ-17?

    Напротив, Фитин наверняка постарался бы, насколько было возможно, обезопасить своих людей. В пользу этой гипотезы говорит следующий неопровержимый факт. Еще 9 августа «Донбасс» в составе каравана судов вышел из Архангельска и лёг курсом… на восток, а не на запад. Каравану удалось пройти далеко, до порта Амбарчик, но дальше начались непреодолимые сплошные ледовые поля. Словно какой-то злой рок преследовал Арнольда Дейча, который, наверное, уже устал то приближаться к цели, то удаляться от неё.

    После очередного возвращения другого пути, как через Исландию, у него не оставалось. Он начался из бухты Белушья Губа на Новой Земле, где отстаивались суда каравана, 4 ноября 1942 года. Несомненно, капитан «Донбасса» В.А. Цильке, а вместе с ним Стефан Ланг, в полной мере осознавали всю рискованность этого рейса. Но вряд ли кому-то из них могло прийти в голову, какие сети расставляет противник в лице спецкомандования Кригсмарине по борьбе с конвоями, которое, на сей раз, решило одновременно уничтожить суда, идущие как с запада, так и с востока.

    Танкер был уже в море, когда 5 ноября 1942 года из норвежской базы в Альта-фьорде вышло целое соединение немецких кораблей. В его состав входили тяжелый крейсер “Адмирал Хиппер” и четыре эскадренных миноносца, в числе которых был и “Z-27”. Операция «Hoffnung» («Надежда») началась. Казалось бы, самим сарказмом своего названия она не оставляла шансов находившимся в море судам союзников по антигитлеровской коалиции. Или у противника была собственная надежда – окончательно перекрыть арктический путь? Если и была, то именно «Донбассу» ценой собственной гибели удалось её похоронить.

    * * *


    Как свидетельствует вахтенный журнал эсминца Z-27 (в изложении Л.Ю. Болдырева), 6 ноября при сильном снегопаде и плохой видимости немцы приступили к прочёсыванию моря, идя дозором с запада на восток. Ориентировались исключительно по радиолокаторам, не дававшим возможность увеличить межкорабельный интервал в 15 миль, сужая, тем самым, район операции.

    В тот день у «Донбасса» ещё был шанс избежать встречи с противником, проскользнув между островами Медвежий и Шпицберген вдоль кромки льдов, тем более что 5 ноября удалось без последствий для судна отбить атаку одиночного немецкого бомбардировщика. Опытный капитан Цильке почувствовал опасность и попытался сделать то, что предписывалось в таких случаях – спрятаться в лёд как можно севернее. Но на этом везение закончилось. Сперва вмешались погода и природа: началось движение льда от Шпицбергена на юг, а 7 ноября утих шторм, и улучшилась видимость. Всё это было на руку противнику.

    По воспоминаниям В.Э. Цильке, приведённым в книге Константина Бадигина «На морских дорогах», утром рокового дня состоялся митинг, где не могли не присутствовать члены группы Стефана, на котором капитан поздравил команду с праздником Великой Октябрьской социалистической революции и объявил о том, что плавание становится опасным. Подтверждение его слов не заставило себя ждать: уже около девяти утра в небе появился первый самолёт – разведчик. С борта танкера за ним наблюдали наши разведчики-нелегалы. А, может быть, и не только наблюдали, если принять во внимание свидетельство капитана о гибели Арнольда Дейча в составе орудийной прислуги. Самолет-разведчик удалось отогнать, но своё дело он сделал. Волна за волной последовали атаки с воздуха: «Донбасс» бомбили, пытались торпедировать, поливали пушечно-пулемётным огнем, надеясь подавить его зенитные установки. Всё, чего добились немецкие лётчики, так это падения скорости хода судна до 6 узлов вследствие детонации близко сброшенных бомб.

    «И тут, уже вечером, — рассказывал Бадигину Цильке, — из темноты неожиданно возник военный корабль. Он быстро приближался с кормы, уклоняясь немного вправо. Не зная национальности корабля, я скомандовал влево, держа в боевой готовности пушки и пулеметы. Корабль резко перешёл на наш левый борт и открыл огонь. Одновременно ответили и мы. Попав под обстрел, неприятель моментально удалился из зоны действия наших пушек и, пользуясь превосходством артиллерии, с большой дистанции обрушил на танкер ураганный огонь из орудий большого калибра… Первые же вражеские снаряды вывели из строя многие механизмы, прервали связь, в топливных танках загорелась нефть. Пламя, чёрный дым охватили машинное отделение и кормовые надстройки. Главные машины остановились, судно превратилось в неподвижную мишень.

    Видя, что танкер не тонет и продолжает отстреливаться, взбешённые фашисты выпустили две торпеды. Судно сильно подбросило, корпус разламывался пополам. Взрывной волной и хлынувшей на мостик водой меня сбило с ног. Вскочив, увидел, что носовая часть танкера медленно погружается. Я приказал всем перейти на корму и бросился в свою каюту, забрал из сейфа документы.

    Арнольд Дейч, он же «Стефан Ланг»

    Носовая часть окончательно отделилась и пошла на дно. Корма еще держалась. Уцелевшая пушка продолжала стрелять. Но кончились боеприпасы. Правда, через несколько минут пушка вновь заговорила, послала по врагу два последних снаряда, ранее давших осечку. И опять вражеские залпы…Я приказал экипажу покинуть судно, вернее, его остатки. Вместе с помполитом Морозовым мы убедились, что на борту остались только мёртвые, и сошли на небольшой плот, сбитый матросами из деревянных обломков. В ярком свете горящего танкера фашисты расстреливали плот. В числе убитых оказался Морозов. Наш примитивный плот с оставшимися в живых шестнадцатью моряками понесло ветром на север. Неожиданно подошел эсминец и взял всех нас на борт. Так мы оказались в плену».

    * * *


    Как ни странно, рассказ капитана, опубликованный ещё в советское время, в основном, соответствует содержанию вахтенного журнала потопившего его судно эсминца (это уже потом, в чужом пересказе, появилась легенда о прямом попадании в Z-27 того самого давшего осечку снаряда).

    Разночтений немного: во-первых, у немцев время, естественно, берлинское – первый залп главным калибром был дан в 13:58 с дистанции 2 км, что, с учётом разницы, почти совпадает с указанным В.Э. Цильке – 16:00. Но самое главное, немецкий источник дает возможность установить время гибели Арнольда Генриховича Дейча с максимально возможной точностью. Итак, время по Шпицбергену 15:28: «Донбасс» обнаружен, но вначале принят за два отдельных судна; почти одновременно с началом артобстрела Z-27 выпускает по огрызающемуся из пушек и пулеметов танкеру две торпеды. 16:00 – время подлинного кошмара. Уже второй артиллерийский залп эсминца дает накрытие кормы танкера, одновременно две торпеды вонзаются в судно по центру, одна на уровне мостика, что полностью подтверждается словами Цильке: взрывной волной и потоком воды он оказался сбит с ног.

    Скорее всего, именно тогда, в начале боя, получает тяжёлое, возможно, смертельное, ранение Арнольд Дейч. И советский капитан, и немецкий вахтенный журнал едины в характеристиках «Донбасса» как охваченной пожарами неподвижной и беззащитной мишени – его артиллерия и пулемёты подавлены. Как показывают источники, за весь скоротечный бой поразить эсминец не удалось ни разу – орудия танкера стреляли с перелётами. Да и так ли это важно, чтобы неуклюже пытаться привнести еще чуточку «сусальной» героики туда, где она априори присутствует? Ведь и так понятно, что в схватке с таким противником, как Z-27, у «Донбасса» изначально не было шансов. А танкер сопротивлялся до конца – уже даже не как судно, а как его кормовой обрубок.

    Возможно, Цильке был контужен и оттого не смог точно определить, сколько всего торпед израсходовали немцы. А их было пять, причём, одна в цель не попала! Сказалась слабая подготовка офицера, руководившего стрельбой, что вынужден был признать сам противник, противореча собственному бахвальству в том же журнале об этом бое, как об «отличной тренировке».

    Кроме того, танки судна не были заполнены горючим. Горело же на нем исключительно содержимое расходных цистерн, топливо. Если бы танкер перевозил бензин или нефть – тотчас взлетел бы на воздух, но в данном случае его пришлось практически перерубать пополам торпедами. Двумя не получилось: носовая часть погружалась, но, видимо, настолько медленно, что капитан успел приказать оставшимся в живых перейти на корму, а также забрать из сейфа судовые документы, которые уничтожил уже на плоту. И – с высоты капитанского мостика бросить прощальный взгляд на погружающийся в пучину бак своего судна, орудийную площадку на нём и Стефана, спасти которого он, по-видимому, в тех обстоятельствах не мог.

    На это же указывает фрагмент наиболее свежей статьи о нем «Погиб в морском бою», автором которой является капитан I ранга в отставке Анатолий Максимов: «После войны вернувшийся из плена капитан Цильке сообщил подробности гибели нашего разведчика. Дейч участвовал в бою с эсминцем в составе артиллерийской прислуги на носу танкера. В момент взрыва торпеды он с перебитыми ногами был там. Пучина Баренцева моря поглотила выдающегося разведчика. Это случилось в трёхстах милях к западу от северной оконечности Новой Земли».

    Цильке упоминает о двух торпедах, поразивших советский танкер. Максимов пишет всего об одной, но роковой. В работе Л.Ю. Болдырева «Операция «Хоффнунг»: трофейные документы свидетельствуют», который, судя по всему, даже не знал о присутствии на судне группы нелегалов (и оттого, может быть, наиболее беспристрастен), речь идет о четырёх попаданиях. Два, затем промах, и спустя не менее двадцати минут после первых, ещё два. После чего носовая часть «Донбасса» окончательно отделяется и идет ко дну в 16:25 по Шпицбергену. Поэтому есть все основания считать именно этот час и минуты временем гибели Арнольда Генриховича Дейча: «В 14:25 (по Берлину) выпускаются еще 2 торпеды с дистанции 1000 м. На этот раз поразили носовую часть, которая оторвалась вплоть до мостика и затонула». Дальнейшая история морского противостояния сильного и слабого – это уже история без Стефана.

    Но ещё когда он был жив, радист «Донбасса» успел дважды выйти в эфир с радиограммами о ведении танкером артиллерийского боя. Все до единого советские и союзнические суда, находившиеся тогда в Баренцевом море, для немцев как в воду канули – это правда, только вот сведения о том, что «Донбасс» самоубийственно нарушил радиомолчание ещё до того, как был атакован эсминцем, мягко говоря, несколько преувеличены, впрочем, не они одни…

    Но, в конце концов, главное не то, когда был послан сигнал, а то, был ли он вовремя принят. 9 ноября 1942 г. немецкая эскадра вернулась в Альту без каких-либо новых успехов, не найдя больше в арктических водах ни одного судна. Как пишет Болдырев, эсминцем Z-27 «было спасено 15 человек, в том числе капитан, старший офицер и 1 женщина. Все спасенные невредимы. В вахтенном журнале отмечено: «Люди произвели хорошее впечатление». Члены экипажа танкера были допрошены.

    Особенно интересным для немцев был рассказ радиста, который до этого участвовал в конвое PQ-17… Немцы узнали о тактике капитанов конвоируемых судов: при известии о выходе в море “Тирпица”, “Хиппера” и эсминцев они рассредоточиваются и прячутся по возможности дальше в лёд». Больше немцы ни от кого ничего важного не узнали. А радист, отбивший спасительные радиограммы… Раньше из-за подобных «неоднозначностей», обычно, страдала вся тема. В лучшем случае, они замалчивались, вместо того, чтобы искать им объяснение. Между тем, словоохотливость пленённых – явление в той страшной войне нередкое, и есть тому более яркие и известные примеры, такие, как сын самого Сталина или некоторые генералы, причём, не обязательно потенциальные «власовцы». Наверное, шока от попадания во вражеский стан не испытывали лишь предатели. И ещё разведчики.

    * * *


    Советская внешняя разведка понесла тяжёлую утрату. Кроме тех, кому было положено, о гибели Стефана Ланга и его товарищей не узнал никто. Капитан В.Э. Цильке пронёс эту тайну через плен и лагерный ужас и, вероятно, даже допросы в контрразведке СМЕРШ. Но что значит человеческая жизнь, даже столь ценная, в мировой войне, когда утешения приходилось искать миллионам? Однако, неисповедимы пути возмездия, как пути Господни. Чуть более чем через год, 28 декабря 1943 года, потопивший «Донбасс» эсминец Z-27 сам был отправлен на дно морское английскими лёгкими крейсерами «Энтерпрайз» и «Глазго» во время боя в Бискайском заливе. Как и в Баренцевом море, бой был неравным: двадцать седьмой, как лидер, вёл за собой целую флотилию эсминцев. И это ещё не всё: помимо эсминцев в бою участвовали немецкие миноносцы. Но судьбе было угодно, чтобы схватка произошла в знаменитый бискайский шторм, сильный настолько, что немцы даже торпеды не сумели выпустить. А англичане, напротив, использовали все свои боевые навыки, подкреплённые лучшими мореходными качествами их кораблей в штормовых условиях, что отразилось на точности стрельб.

    В бою с «Глазго» и «Энтерпрайз» эскадренным миноносцем Кригсмарине Z-27 командовал (и погиб вместе с ним) корветтен-капитан Гюнтер Шульц. Так как Шульц занимал эту должность с 8 сентября 1942 года, именно с его именем связано участие эсминца в операции Hoffnung («Надежда») по борьбе с арктическим «капельным плаванием». Жертвой этой операции стал и вооруженный танкер «Донбасс».
    Справка: О лагерной и послевоенной судьбе В.Э. Цильке довольно подробно поведал автор Владимир Каткевич. Судя по тому, что его информация размещена на Интернет-ресурсе «Порты Украины», возможно, именно в её архивах следует искать фильтрационное дело В.Э. Цильке. Но и у Каткевича нет ни слова о разведгруппе на борту танкера. О том, что Стефан Ланг – Арнольд Дейч – следовал в Рейкъявик (и далее в Аргентину) не один, лишь вскользь упоминают и «посвящённые», историки спецслужб. Что поделать, столь сильна, наверное, магия легендарного имени гения разведки. Но кто воскресит из небытия имена участников его группы?
    Роман Никитин
    Источник: sovsekretno.ru


    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире
    • Добавить на Яндекс

    • 0
    • 08 ноября 2016, 08:56
    • kuzmin

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2016